Меган нахмурилась. Опустила стекло и сделала несколько расслабляющих вдохов и выдохов. Фермеры удобряли поля навозом, в воздухе стояла вонь. Йестин дорогу не уступал. Он был не из тех, кто испытывает жалость к нервным водителям: их нервозность доставляла ему удовольствие. Когда они наконец свернули к Тауэлвану, Гетин сполз в кресле пониже.
– Ты что, прячешься от него?
– Нет, – соврал он.
– Ага. Просто супер, – пробормотала Меган, когда они обогнули темно-пунцовые буки и из-за деревьев показался дом. – Она, значит, вернулась.
Гетин выпрямился. Под колесами захрустел гравий. В гамаке, натянутом между двух каштанов поперек подъездной дорожки, лежала Олуэн. Она читала толстую книгу, закинув одну руку над головой, чтобы заслониться от лучей утреннего солнца. Из одежды на ней было только бикини. Гет едва различал очертания ее тела, утонувшего в толстом красном хлопке, но уже сам намек на то, что оно существует там, укрытое в складках гамака, сбил все его ритмы – дыхание и удары крови, бегущей по венам.
– Слушай, перестань на нее таращиться. – Меган выключила зажигание. – Господи, ей ведь только того и надо, чтобы на нее обратили внимание. Представляю, что будет, если мусорщики ее заметят.
– Мусорщики по выходным не приезжают.
– Давай-давай, защищай ее. Как будто она нас не видит.
Выбравшись из машины, Меган постаралась как можно громче хлопнуть дверью. Олуэн мягким, неторопливым движением позволила руке опуститься и подхватить парео, свисавшее до травы. Поднять взгляд она не соизволила. Утро словно заново зарядилось энергией.
– Приве-е-ет, – пропела Меган, когда они подошли к крыльцу.
Олуэн села. Толкнула пластиковые солнцезащитные очки в черепаховой оправе вверх по головокружительно безупречной линии носа и усадила в копну волос цвета темный блонд. Она опять выглядела старше, чем на Новый год. Загорелая кожа блестела от солнцезащитного крема, и Гетин живо представил ее податливость под его руками. Он моргнул, пытаясь прогнать картинку. Это сестра Талиесина, и, как неустанно напоминала ему Мег, у него ноль шансов.
– Тебе не холодно? – спросила Меган.
– Да что ты. К полудню будет просто пекло. – Голос стал на тон ниже. Мягче.
Гетин предложил:
– Если хочешь, поехали с нами. В Койд-и-Григ. Мы там в озере хотим искупаться.
– А Тал дома? – спросила Меган.
– Что такое Койд-и-Григ?
– Это закрытая территория в лесу, сразу за городом, там еще такой дом странный. Моя мама за ним присматривает. Там озеро и всякое такое. Мы туда все лето ездим.
– Закрытая территория – в том смысле, что на нее нельзя заходить?
Быстро же она попалась. Он ухмыльнулся:
– Почему нельзя? Ты что – боишься вляпаться в неприятности?
– Ой-ой-ой, – она закатила глаза.
– Пойду поищу Тала, – сказала Мег.
– Я сейчас его позову. И туфли заодно возьму, – сказала Олуэн.
– Наверное, помимо туфель тебе еще что-нибудь стоит взять. Это не до такой степени закрытая территория.
Олуэн улыбнулась.
– Господи, Меган, не будь такой ханжой. Сейчас ведь лето, – «Меган» она произнесла на английский лад: проглотила «а».
Когда она скрылась в доме, Мег проговорила:
– Ну ты даешь. Какие же вы, мужики, идиоты.
– В смысле?
– Ой, слушай, ну хватит, слюни вытри, смотреть тошно.
– Я просто проявил человечность. Ей тут, наверное, ужасно одиноко.
– Да мы для нее вообще никто!
– Ну да. Но что она может с этим поделать?
Меган закатила глаза.
– А сюрприз-то ты все равно сможешь нам показать? Даже если она тоже поедет?
Гет почувствовал тяжесть ключей в кармане джинсов.
– Конечно. Она ведь сестра Тала. Ей можно.
Дубликат ключа от Ти Гвидра он сделал примерно за месяц до того, как решил отвезти туда остальных, но в одиночку он уже бывал в доме несколько раз. Дом завораживал его с детства, и, прежде чем впасть в стандартную подростковую угрюмость, Гетин постоянно упрашивал Фиону взять его туда с собой. Стеклянные грани дома, его удивительная квадратность, необычный минималистский интерьер из древесины, будто пропущенный сквозь зеленый фильтр и сам напоминавший суть дерева, – все это прижилось в сознании Гета и то и дело всплывало во снах. В мае мама полетела на отдых в Турцию с очередным ухажером, который, как тогда казалось, имел все шансы стать кем-то постоянным. Майк: только-только разведен, вульгарен и родом из Уиррала, в наших краях недавно. Занимает какую-то бессмысленную должность, Гетин так и не понял какую. Водит BMW Z3 с откидным верхом и персонализированными номерами, а это уже за гранью добра и зла. Именно благодаря Майку и его гламурному отпуску за границей Гет получил в свое распоряжение ключ и, в то время еще не осознавая значительности происходящего, завел новую привычку и наполнил свою жизнь смыслом.
Поскольку в тот день Олуэн была там и из-за того, что ее присутствие занимало непропорционально много места в его воспоминаниях об этом событии, она стала ассоциироваться у Гета с домом так, как ассоциируются с какими-то местами или временами года запахи – как, например, запах дикого чеснока на лесной дороге из города в Лланелган раз и навсегда сплавлен с ощущением лета, с его светящейся от накала зеленью.
