– Не мели чепуху, – сердито ответил Гуннар, натягивая тёплую куртку, – справился с драконом, справишься и с этой.
– Почему ты так уверен, что мне это удастся?
– Да потому, что ты неуязвимый, в отличие от меня. И если она полезет к тебе с мечом…
– Как сказать, – возразил Сигурд. – Оружие меня не берёт, но, если ей вздумается меня придушить, то – привет старухе Хель!
– Не придушит, – ответил Гуннар. – Раз ты мог пройти через её огонь, значит, ты с ней сможешь сладить.
– Надеюсь, – сказал Сигурд. – Попробовать привязать её к кровати, чтобы ты смог сделать своё дело?
Гуннар нервно захихикал.
– Боюсь, тебе придётся взять это на себя.
– Ты в своём уме? – Сигурд оторопел. – Я же твой побратим!
– Тем лучше, не чужой всё-таки… Ты уже раз подменял меня, подмени ещё разок! Пока жив, буду благодарен!
– Да что с тобой делается? – озадаченно спросил Сигурд. Гуннар запыхтел в темноте, затем придвинулся, дыша ему в ухо, и еле слышно выговорил:
– У кого, по-твоему, может стоять после таких приключений? Я не Фрейр всё ж таки… А утром сраму не оберёшься…
Не выпуская руку Сигурда, он принялся лихорадочно объяснять:
– Понимаешь… говорят, будто у кочевниц сила – в их девичестве. И если такую всего один раз отвалять, она станет обыкновенной бабой. Может, конечно, враньё. Но попробовать-то можно…
– А, – фыркнул Сигурд. – Хочешь, чтобы я проторил тебе дорогу?
– Вроде того.
– Ладно, конь с тобой, – выругался Сигурд, отцепляя от себя шурина. – Попытаюсь, только отстань. И учти – если она поломает мне кости, с тебя вира по полной княжеской расценке.
– Не поломает, – неуверенно сказал Гуннар. – Дай-ка я тебе завяжу волосы в узел, как у меня, чтобы она ощупью не догадалась.
– Рехнулся? Как она спутает шестнадцатилетнего с тем, кому вот-вот стукнет тридцать?
– Только двадцать восемь, – недовольно поправил Гуннар.
– Какая разница! У меня бороды нет и руки вдвое тоньше твоих! От этого даже заморочная мазь не помогает.
– Надо было спросить у бабки, – сокрушённо заметил Гуннар, – может, есть способ заморочить на ощупь…
– Ну тебя, – сплюнул Сигурд. – Стой тут и ни с места, пока я не вернусь.
На цыпочках он вернулся в спальню. Он надеялся, что сможет подкрасться к Брюн незамеченным и схватить её в темноте прежде, чем она приготовится дать ему отпор. Но то ли Сигурд по природе своей не отличался умением строить планы, то ли судьба была в эту ночь в дурном настроении.
– Тьфу! – вырвалось у него, когда он с грохотом растянулся на полу. Он споткнулся о тот самый сундук, который подставил перед тем, чтобы достать подвешенного наверху Гуннара.
– Кто здесь? – послышался из мрака настороженный голос Брюн. – Если это опять ты, не напорись на меч!
Сигурд не ответил ей. Чем позже она узнает, кто, тем лучше, решил он. Вначале он думал не раздеваться, но потом сообразил, что Брюн будет отбиваться мечом, а тогда возникнут вопросы, куда это он ходил ночью и почему вернулся в одежде, порезанной на ленточки. Сняв с себя всё до нитки и сложив одежду на сундук, Сигурд двинулся туда, где, по его расчётам, должна была находиться Брюн.
– Уйди, я сказала! – послышалось из темноты. Сигурд натолкнулся на выставленный вперёд меч. Не задумываясь, он ухватился прямо за лезвие и вышиб меч у Брюн. Поняв по её дыханию, что она в замешательстве, он поспешил воспользоваться этим и лёг рядом с ней на кровать.
– Это ещё что такое? – изумилась Брюн, стараясь оторвать от себя его руки. – Сигурд?
– Положим, Сигурд, – сквозь зубы ответил он и рванул на ней платье. К его удивлению, она не сопротивлялась. Она расслабилась в его руках, а он был в том возрасте, когда выполнение задачи, проваленной Гуннаром, не требует особых усилий.
– Так ты всё-таки не забыл меня? – прошептала Брюн, отыскивая во тьме губами его лицо. Сигурд сжал её руки и притиснул их к подушке.
– Ты не девушка, – сердито сказал он. – Что это значит? Боишься, что Гуннар узнает?
– Так Атли скрыл это, – с горьким удивлением проговорила Брюн. – Хорошенькую услугу он мне оказал!
– Значит, было что скрывать? – взвился Сигурд. – С кем ты путалась?
– Если ты не знаешь этого сам, лучше меня, – сухо отвечала Брюн, – то и говорить с тобой об этом незачем.
Звук её дыхания ни на мгновение не выдал того, что она чувствовала в этот момент, а лица её Сигурд видеть не мог.
Крепко держа её во мраке, Сигурд задумался. Он не мог подвести Гуннара; чутьё подсказало ему, что открытие, сделанное им, только ухудшило положение его шурина. Пожалуй, был только один выход, который стоило попробовать.
– Вот что, – сказал он. – Если ты не дашься Гуннару как положено, я скажу ему, что ты гуляла с рабом. Может, он тогда отправит тебя пасти свиней или ещё что – и найдёт себе другую, порядочную. Думаешь, ты сладишь с десятком его слуг, если он велит тебя связать?
Брюн закашлялась в темноте.
– Какой же ты говнюк, – придушенным голосом отозвалась она.
– Без обзывательств, – мрачно оборвал Сигурд. – Ну что, идёт?
Брюн ничего больше не оставалось.
– Прекрасно, – сказал он. – А сейчас уколи палец и капни кровью на постель.
