«Чужак и чудак, – решил бармен. – Ви-даное ли дело одному в „Болтливую рыбёшку“ явиться? Интересно, с какого он судна? Кому потом номер больничной койки сообщать? На капитана не тянет. Стать не та. Скорее боцман… Правда, для боцмана очки дороговаты. Но раз сюда припёрся, то точно иностранец и порядки наши не знает. Или не уважает. М-да. Не завидую я ему…»
– Пол-литра кукурузного пива, – с лёгким акцентом на ходу бросил приезжий, усаживаясь возле окна, откуда открывался роскошный вид на океан.
В порту кипела жизнь. Гудя, пришвартовывались и отчаливали суда. Краны дружно разгружали прибывшие баржи и рыболовные траулеры. По трапам с ценной поклажей на спинах сновали докеры. С громкими криками кружились стаи чаек. В этой мирной, обыденной картине тренированный глаз министра сразу отыскал фигуры агентов. Они получили задание не подпускать к таверне случайных гостей. В планы Зубери свидетели не входили.
– Прошу прощения, но этот столик забронирован, – суетливо перебирая щупальцами, подгрёб к гостю официант, осьминог Бёлло. – Заказчики будут с минуты на минуту. Могу предложить несколько вариантов взамен.
– Я останусь здесь, – с наглостью, свойственной скорее юнцам, чем серьёзным животным, заявил иностранец.
Бармен и официант переглянулись. «Нарывается по полной, – читалось в их глазах. – Посмотрим, что запоёт эта пташка, когда ребята с „Призрачной акулы“ заявятся».
– Что-нибудь ещё? – Осьминог поставил перед посетителем запотевшую кружку с пивом.
– Порцию ваших прекрасных гусениц мопане[24] и, пожалуй, пап[25].
Официант собрался уходить, но незнакомец неожиданно остановил его и властным тоном потребовал:
– Включите кондиционер и прогоните из помещения мух! Развели антисанитарию.
Бармен, внимательно наблюдавший за диалогом, так удивился, что ненароком смахнул со стойки откупоренную бутылку с ромом, наступил в образовавшуюся лужу и порезал осколками лапу. У него прямо кулаки зачесались влепить наглецу по морде, но что-то его останавливало. Что-то заставляло раз за разом услужливо кланяться и выполнять требования этого неизвестного гражданина, который вёл себя как хозяин.
Осьминог грустно оглядел пустой зал. По инструкции включать кондиционер полагалось только при пятидесятипроцентной заполненности.
Однако возражать он тоже почему-то не решился и послушно потянулся за пультом.
Тревожно звякнул колокольчик. В таверну, шумно переговариваясь, ввалилась четвёрка завсегдатаев. Поговаривали, что ушлый капитан Бартоломео хитростью заманил их к себе на корабль. Сначала обыграл в карты. Потом пообещал списать солидные долги за верную службу на «Призрачной акуле».
– Крокодила не надо учить плавать, он плавает с рождения, – повторял капитан, намекая на важность опыта и грубой силы в неизбежных стычках с противниками в бескрайних просторах вод.
С тех пор прошло несколько лет. Незадачливые игроки давно отработали свои долги, однако по доброй воле оставались в команде барханного кота.
Все эти годы они считались самой дружной и сплочённой официальной разбойной шайкой во всём пароходстве. Ни один обидчик не ушёл безнаказанным из их крепких мускулистых лапищ.
Компания замерла на пороге, рассматривая чужака, с невинным видом тянущего из кружки пенный напиток.
Зубери, в свою очередь, внимательно изучал будущих противников. Это были аллигаторы, одетые в синие джинсы и чёрные байкерские рубашки с надписью «Призрачная акула». Толстую шкуру щедро украшали татуировки. На пальцах левых лап сверкали золотые перстни с китайским иероглифом «Фу», приносящим удачу. На запястьях красовались браслеты, дарующие силу, из Геркулесова камня – магнетита. С толстых шей свисали ожерелья из медвежьих зубов – талисманы, придающие в бою ярости.
«Всё-таки не зря говорят, что моряки – самые суеверные звери», – подумал министр, делая вид, что появление грозной четвёрки нисколько его не касается.
– Это что за фигура? – поинтересовался самый крупный самец. – Кто его на наше место пустил?
– Так это, никто не пустил. Он сам. Не силой же его спихивать… – зачастил официант.
– Эй ты! – крикнул тот же самец. – Сваливай от нашего стола, пока цел.
Однако наглец оказался не из пугливых.
– Я занял это место первым, поэтому останусь здесь, – отрезал Зубери.
Крокодилы часто и громко задышали. Самый молодой гневно зарычал:
– Последнее предупреждение! Не уйдёшь – по кускам вынесут!
– Обещал кролик на ужин удавом закусить да ненароком подавился, – парировал нахал. – Тоже мне силачи – вчетвером на одного! Джентльмены так не поступают.
– Это ты, что ли, джентльмен, бобёр потёртый?! – хохотнул громила. – Да я тебя, дохляка, одной левой…
Разбрасывая стулья, он ринулся в атаку. Протянул крепкую лапу, чтобы схватить пустомелю, но тот ловко увернулся.
Не ожидавший такой прыти забияка налетел на подоконник, пошатнулся и, получив жёсткий удар в солнечное сплетение, со стоном осел на пол.
