Приняв заказ у японца, спокойного, ровного, как стоячая вода, который держался так просто и естественно, будто уже много лет изо дня в день сидел за этим столиком и давно привык к любопытным взглядам со стороны, Лида нервно вошла на кухню, отложила блокнот в сторону и объявила всем собравшимся: "Моим будет". Эта фраза запечатлелась в сознании каждого. Акулька смотрела на Лиду с раскрытым ртом. Японец и вправду зацепил их красавицу с волосами цвета спелой пшеницы. Вот-те раз....
Часть 5. При свете желтопузой луны.
Просадив на квартире барыг-фарцовщиков всю зарплату за один вечер, Лида с огромным чувством удовлетворения несла полные сумки домой. Югославские сапоги-чулки, румынские лайковые вишнёвые перчатки, кожаная польская сумка цвета вишни, хватило ещё на джинсы-клёши и... сбережения кончились. Надо было ещё отослать матери денег в Нелазское, а осталось только на еду и то впритык. Японец с инопланетным, содержательным и очень глубоким взглядом удивительно красивых восточных глаз не выходил из Лидиной головы. "Надо брать", - деловито размышляла Лида. Этот мужчина напрочь вытеснил из её головы образ Володьки из "грифов" и полностью завладел всем Лидиным вниманием. Лида за те несколько рабочих смен, что ей доводилось получать от него заказы, продемонстрировала практически всё, на что была способна. Все женские уловки были пущены в ход, и любой мужчина давно бы смекнул, что на него началась настоящая охота. Японец вежливо улыбался, здоровался и прощался с едва заметным поклоном - лёгким наклоном головы вперёд - оставлял щедрые чаевые и... уходил так же просто и незаметно, как и появлялся. Он созерцал жизнь и всё происходящее с ним как бы со стороны. С лёгкой иронией, очень внимательно и с определённой долей любопытства он наблюдал Лидин спектакль, предназначенный лично для него, но не принимал и не отталкивал невербальное приглашение девушки продолжить знакомство. Он просто смотрел на неё. Так знатоки и ценители искусства на международных выставках рассматривают экспонаты. Как можно быть таким толстокожим?!
- Может, он женат? - предположила Акулька, тщательно намывая груду скопившихся тарелок.
- Думаю, нет, - пригубляя бокал, задумчиво произнесла Лида, - у женатых мужчин, обременённых семьёй, взгляд несколько иной. Он вообще как из другой цивилизации, инопланетный какой-то, космический.
- А что ты хочешь, - удивилась в ответ Акулька, - он же - японец. Другой менталитет, другая культура. Ты посмотри, что эти черти нерусские едят. От такой жратвы вообще козлёночком можно стать.
- Но ведь... хорош....согласись, - Лида осушила бокал, по телу пробежало знакомое тепло, напряжение отпустило, и вдруг Лида села, закрыла лицо руками и расплакалась.
- Ты чего это вдруг? - Акулька бросила свою посуду под шипящей струёй горячей воды и кинулась к Лиде, - такая красотуля и плачет! Совсем с ума сошла! Да по тебе половина Черяпинска сохнет. Вторая половина мечтает. Мужики к твоим ногам пачками, штабелями ложатся, а ты плачешь из-за какого-то японца.
- Что толку от этих сытых кобелей, Акуль? Для счастья нужен только один человек, ты же знаешь. И как только сердце к кому-то разворачивается, то я натыкаюсь на стену, и красота не помогает. Что с Володькой как-то нелепо всё вышло, а японец этот - как огни на болоте. Манит за собой, а подойти и взять никак. Всё, что я по-настоящему хочу, ускользает от меня, как песок сквозь пальцы.
- Чтобы от тебя кто-то ускользнул, милая, если ты и впрямь этого хочешь.... слабо я в это верю, - Акулина ласково потрепала подругу по плечу и быстро вернулась к стопке немытых тарелок, - а скажи, Лид, а что это он зачастил именно в наш ресторан тогда? Вон "Волна", например, принимает иностранцев. "Северные зори" и меню новое утвердили, и девчонок из "Берёзки" пригласили, шёл бы туда, хоть разнообразия для.
