— Об Амелии? — переспросила Ада. Тот коротко кивнул. — Теперь я вижу сходство. Не лицом, а нравом. Она очень твердая и упертая, всегда стоит на своем. Но еще и порывиста, очень чувствительна. В этом, наверное, вы не похожи.
— Ты многого не знаешь, царевна, — невесело усмехнулся Кайту. — А что она любит?
— Вкусно поесть, всякие незначительные, но любопытные вещицы. Любит наряжаться, читать.
— Она похожа на свою мать, — мечтательно протянул хан.
— Я не видела ее, но уверена, что лицом она действительно пошла в нее. Внешне вы и правда совсем не похожи.
Кайту представил, что вскоре встретится с кем-то, похожим на Айгуль, с кем-то от ее плоти и крови, — и в горле встал ком. Он встретит свою дочь. Настоящую, давно потерянную. Эта мысль вскружила голову, и хан совершенно искренне улыбнулся, едва не сгорая от нетерпения и с благодарностью отмечая, что такие чувства давно его не посещали.
Спустя почти двадцать лет он вновь чувствовал себя живым.
— Хороша…
— Досталось…
Обрывочные бестолковые слова нагружали и без того тяжелую голову. Анастасия силилась разомкнуть веки, но тонущее за горизонтом солнце словно цеплялось за дома, проникая пальцами-лучами в комнаты и царапая глаза.
Она издала невнятный мычащий звук, повернулась на другой бок и наконец увидела, что находится в своей комнате: лежит на широкой кровати и мягких подушках, плотно укрытая одеялами.
Припоминая недавние события, княжна закрыла глаза, как никогда желая вновь уйти в небытие. Страх отступил, оставив лишь леденевшие в колодках ужаса ноги и пустоту в душе.
— Ана… — мягкий родной голос пробрал до мурашек.
— Амелия, — выдохнула Анастасия и резко села на кровати.
Перед глазами пронеслись звезды, в них потемнело, дыхание сперло, но это скоро прошло. Подруга кинулась на Ану с объятиями, из которых долго не хотела выпускать.
— Княжна, — поклонился молодой человек разгульного вида, которого Ана не сразу заметила. — Прекрасно выглядите, — ухмыльнулся он.
В последнее время Ану изрядно воротило от подобных похвал: то ли из-за их приторности, то ли лукавства. Но замечание этого парня прозвучало совсем иначе, даже лестно.
Анастасия медленно отстранилась от вцепившейся в нее Амелии и внимательно взглянула в лицо подруги. Осунувшееся и побледневшее, оно свидетельствовало о давно ходившей за ней по пятам бессоннице, а тусклые глаза казались совсем безжизненными.
— Что случилось? — спросила княжна, сама не зная, что имеет в виду.
— Я… Это долго… Ферас… то есть Мерь… пошел во дворец. Он так разозлился на Разумира!
— Кто это — Мерь? Во дворец? Что он там будет делать? — забеспокоилась княжна, разглядывая лицо Амелии в попытке найти ответы.
— Не знаю…
— Амелия, это правда ты? — не веря себе, спросила Ана.
— Да… — Охваченная волнением, та будто боялась отвести от подруги взгляд. — Так что там произошло? Ты можешь мне объяснить?
— Я не понимаю. Ничего. Как ты тут?.. Откуда? А это кто? — Ана тряхнула головой и указала на парня.
— Лепа. Он… помог мне. Это правда очень долго рассказывать…
Хлопок входной двери прервал бессмысленный разговор. Шаги на лестнице, в коридоре, дверь в покои отворилась почти бесшумно… В проходе стоял Ферас, сверля взглядом княжну.
— Ана! — Стараясь совладать с собой, он присел на край кровати. — Не буду скрывать, положение шаткое. Я убедил Разумира отложить мысль о браке, но он отказался выдать Ярославу. Полагаю, этим дело не закончится. К тому же Ивана видели на границе Дивельграда…
— Он здесь. В своем доме. Я почти уверена, — устало пробормотала Ана, которую изрядно вымотали собственные чувства, и вдруг ее пронзило осознание: — Ты Мерь?
Мысли напоминали стаю бешеных птиц, шелестящих крыльями в голове княжны, мешая ей здраво соображать. Сновавший по комнате Лепа вдобавок раздражал тем, что с любопытством оглядывал вещи вокруг и испытующе изучал ее.
— Об этом позже, — строго ответил Мерь. — Я должен отбыть. Постараюсь не задерживаться и навещать вас, но что смогу… Лепа, ты должен их защитить.
— Как это «навещать»? Вы недалеко уезжаете?
— Очаровательно, — съязвил Лепа. — А если Сихот заявится?
— Сихот? — Анастасия все пыталась уловить нить разговора, но та безнадежно терялась.
— Ана, все расспросы позже, — жестко ответил Мерь, чтобы не тратить время, которого и так не хватало. — Делай что должен, — обратился он к Лепе. — С остальным разберемся. Главное, не дай ей совершить непоправимое. — Обернувшись к Ане, добавил: — Прошу, ко дворцу даже близко не подходите.
— Ферас! — Ана спрыгнула с кровати. — Мне нужны ответы! — почти выкрикнула она.
— Лепа ответит на все вопросы. Прошу прощения, я правда должен идти.
Нахальный юноша покачал головой, но спорить не стал. Мерь поцеловал Анастасию в лоб и, задержавшись в дверях и пожелав удачи, поспешил в конюшню.
— Ну что, княжна? Чем будешь удивлять? — лукаво улыбаясь, Лепа подошел к изножью кровати, закинул на нее правую ногу и облокотился на нее. — Не переживай, он быстро, — нажимая на каждое слово, добавил он.
— Что это значит?
— В мире много необъяснимого. Жизнь и смерть… Любовь и ненависть…
