У некоторых союзников дела обстояли не лучше. Германия становилась все более зависимой от российских энергоносителей. Япония, Тайвань и другие азиатские партнеры все еще не перевооружались с той быстротой, которую можно было бы ожидать, когда дракон стоит у двери. "Мы будем защищать себя до последнего дня", - заявил министр иностранных дел Тайваня в то время, когда его страна тратила на оборону около 2 процентов ВВП. 121
Самым катастрофическим успехом послевоенного порядка, а теперь и порядка после холодной войны, было то, что он убедил многих разумных людей в том, что мир, процветание и демократическое господство - это естественный порядок вещей, а не всегда шаткий набор достижений, который все больше подвергается риску быть разрушенным. Как и в конце 1940-х годов, потребовался бы неожиданный кризис, чтобы показать, как быстро все может рухнуть, и раскрыть эпоху такой, какой она была.
"Мне нужны боеприпасы, а не поездка", - сказал Владимир Зеленский. 122 Украинский президент отвечал на вопрос американцев, не хочет ли он бежать, спасая свою жизнь. Путинские войска достигли окраин Киева. Российские спецназовцы пытались убить лидеров Украины. Мало кто из западных аналитиков давал Украине шансы на выживание; советники Зеленского колебались. 123 Но Зеленский остался, положив начало превращению бывшего актера в невероятного военного лидера и превратив войну в Украине в нечто иное, чем ожидал Путин.
Вполне естественно, что самый серьезный геополитический кризис XXI века связан с Украиной, поскольку эта страна занимала видное место в предыдущих раундах евразийского соперничества. Украина занимает выгодное положение на Черном море, которое открывает России доступ к Средиземному морю и другим точкам. Она обладает одними из лучших в мире сельскохозяйственных угодий. Самое главное, Украина соединяет просторный евразийский Heartland с экономически развитым европейским Rimland. Любая европейская империя, расширяющаяся на восток, должна пройти через Украину; любой евразийский гигант, надвигающийся на Европу, должен сделать то же самое. Во время мировых войн Украина была местом столкновения империй. В конце холодной войны выход Украины из состава Советского Союза предопределил судьбу этой системы. 124 Поэтому одна из трагических закономерностей истории заключается в том, что феврале 2022 года Путин попытался превратить Россию в евразийскую сверхдержаву последнего времени путем разрушения украинского государства.
Вторжение произошло в момент глобального перелома. После предыдущих войн против Украины и Грузии, а также фактической оккупации Беларуси Путин, казалось, был на пути к созданию постсоветской империи. Благодаря китайско-российскому партнерству два евразийских гиганта выглядели сплоченными и едиными. Идеологическая привлекательность демократии померкла после нападения на Капитолий США, вдохновленного уходящим президентом страны в январе 2021 года. Американская мощь отступала после унизительного вывода войск из Афганистана. "Если вы не можете победить талибов, как вы собираетесь победить Китай?" - насмехался один индийский чиновник. 125 Пекинские лидеры, по мнению американских разведчиков, видели, что происходит "эпохальный геополитический сдвиг". 126 Система была готова к новому шоку, который Путин и намеревался обеспечить.
Российский лидер уже два десятилетия пытается установить контроль над Украиной, насильственными или просто подрывными методами. С 2021 года он закладывал основу для прямого завоевания. В том же году Путин опубликовал трактат "Об историческом единстве русских и украинцев" - изложение в 7 000 слов его прежнего заявления о том, что Украина "даже не страна" 127. Вызванная КОВИДом изоляция, тем временем, привела к тому, что Путин зациклился на своем наследии. По словам одного из подчиненных, тремя его ближайшими советниками были Екатерина Великая, Петр Великий и Иван Грозный. 128
К началу 2022 года современный российский царь увидел свой шанс действовать, потому что Америка выглядела слабой и растерянной, а Европа вряд ли нанесет ответный удар, учитывая ее зависимость от российских энергоносителей. Путин торопился еще и потому, что его прежняя агрессия только подтолкнула Киев к сближению с Западом. 129 Человек с более глубокими размышлениями мог бы спросить, что это говорит об инстинкте выживания Украины. Вместо этого Путин стал последним тираном, бросившимся в очевидное окно возможностей.