Во-первых, закончилась "Колумбова эпоха", которую Макиндер назвал 400-летним веком европейских исследований и завоеваний, начавшимся с открытия Америки. "Если средневековое христианство было зажато в узком регионе и ему угрожало внешнее варварство", - объяснял Макиндер, то Колумбова эпоха стала свидетелем "расширения Европы при почти ничтожном сопротивлении" 34. Крупные европейские государства нанесли на карту и поделили земной шар; этот процесс ускорился в XIX веке, когда прогресс в огнестрельном оружии, медицине и транспорте привел к проникновению имперских сил в Африку и Азию. Вскоре после выступления Макиндера Британия будет контролировать империю площадью 31 миллион квадратных километров; Французская империя, площадью 12,5 миллиона квадратных километров, была в двадцать раз больше самой Франции. 35 Однако теперь Колумбийская эпоха заканчивалась, став жертвой катастрофического успеха.
Больше не было миров, которые нужно было завоевывать. Африка и большая часть Азии были покорены; "новые Европы" - Австралия, Канада и Новая Зеландия - входили в состав Британской империи. Вряд ли остался хоть один регион, на который можно было бы претендовать, если только он не станет результатом войны между цивилизованными или полуцивилизованными державами", - сказал Макиндер. 36 Британия больше всех выиграла от этой оргии возвеличивания, но последствия, тем не менее, были зловещими.
После гибели Наполеона европейские державы в основном избегали тотальных конфликтов, отчасти потому, что экспансия направляла их агрессию вовне; "долгая война" против менее развитых обществ способствовала "долгому миру" между самими империями. 37 Теперь этот предохранительный клапан был закрыт. "Каждый взрыв социальных сил, вместо того чтобы рассеиваться в круговороте неведомого пространства и варварского хаоса, будет резко отражаться от дальней стороны земного шара". Закрытая политическая система" была бы порочной; отношения между великими державами становились с нулевой суммой. 38
Напряженность нарастала и по второй причине: технологии меняли географию. "Подвижность в океане, - заметил Макиндер, - была "естественным конкурентом подвижности лошади и верблюда" на суше". В Колумбову эпоху морская мощь превзошла сухопутную благодаря революции в области паруса, а затем и пара. Открытие или создание коротких путей - Суэцкого канала и маршрута вокруг мыса Доброй Надежды - усилило это преимущество, наделив "христианство самой широкой мобильностью власти" 39. Великие мореходные государства, а именно Британия, окружили Евразию, закрепившись на Ближнем Востоке, в Индии и Китае. Они также могли свести на нет преимущества, которые крупные сухопутные державы, а именно Россия, получали от занятия центрального положения на крупнейшей в мире суше.
Классическим примером стала Крымская война, длившаяся с 1853 по 1856 год. Россия обладала внутренними линиями - сравнительно короткими осями передвижения и коммуникаций, - когда воевала с Францией, Британией и слабеющей Османской империей. Но это не имело значения. Британия и Франция использовали владение морями для расширения поля боя, угрожая России на фронтах от Черного моря до Балтики. Ужасная транспортная инфраструктура России - отсутствие железных дорог к югу от Москвы - не позволяла ей эффективно концентрировать свои силы. Союзникам потребовалось три недели, чтобы перебросить войска из своих стран на Крымский полуостров; русским войскам, размещенным под Москвой, потребовалось три месяца, чтобы продвинуться на юг. Морская блокада союзников задушила российский экспорт зерна и привела правительство к банкротству. 40 Уступающая мобильность сухопутных сил закрепила унижение России, подобно тому как превосходящая мобильность морских сил обеспечила глобальную экспансию Великобритании.
Однако теперь маятник качнулся в обратную сторону. Войны за объединение Германии с 1864 по 1871 год показали, как густая сеть железных дорог может обеспечить победу на поле боя и геополитическую революцию. Пруссия, руководимая Бисмарком и знаменитым Генеральным штабом, умело использовала свою железнодорожную систему для победы над врагами, быстро собирая подавляющие концентрации сил. 41 Транссибирская магистраль, строительство которой было почти завершено, когда Макиндер читал свою лекцию, могла бы позволить перемещать армии и грузы в гораздо больших масштабах.