Евразия - опора мирового порядка: Страна или группа стран, доминирующая в жизненно важных регионах, будет обладать непревзойденными ресурсами, богатством и глобальным охватом. Если агрессивная автократия или альянс автократий займут доминирующее положение в Евразии, они смогут кардинально изменить мировой порядок и заставить соперников по всему миру. Даже если этот гегемон не сможет физически покорить уцелевшие заокеанские демократии, он может заставить их испытывать такую постоянную, пронзительную незащищенность, что они будут бороться за сохранение своей безопасности и свобод одновременно.
Это был кошмар великих демократических лидеров двадцатого века. Тот же призрак будет преследовать демократический мир, если автократический Китай или автократическая ось получат сегодня первенство на этой земле и прилегающих к ней океанах. Дуга этого века, как и дуга прошлого, будет определяться исходом евразийского соперничества. Средства и методы евразийских вызовов могут меняться с течением времени, а ставки - нет.
Во-вторых, то, насколько хорошо Америка и другие демократии справятся со вторым евразийским веком, зависит от того, насколько прочно они усвоят уроки первого. Из этой истории легко выйти с чувством географического детерминизма. Ведь каждая страна, стремившаяся к евразийской гегемонии, в конце концов терпела поражение, потому что ее амбиции обрушивались на коллективную силу подавляющей вражеской коалиции. Такая участь постигла императорскую Японию, Германию (дважды) и Советский Союз. Сегодня автократические союзники вновь сталкиваются с этой опасностью. Это дилемма, с которой сталкиваются евразийские державы: становясь достаточно сильными, чтобы одолеть своих соседей, они становятся достаточно сильными, чтобы заслужить враждебность всего мира.
Однако борьба двадцатого века не обязательно должна была обернуться таким образом. Как отмечает историк Ричард Овери, результаты решающих сражений могут зависеть от того, насколько точно несколько пилотов сбросят несколько бомб в решающий момент. 15 Обе мировые войны и холодная война могли бы закончиться иначе, если бы ключевые лидеры в решающие моменты придерживались разных стратегий. Точно так же исход сегодняшних состязаний будет зависеть от качества лидеров и выбора, который они делают, а значит, и от того, в какой степени эти лидеры используют опыт, накопленный за последние 120 лет. Не последнюю роль в изучении евразийского столетия играет то, что нет лучшего способа подготовиться к грядущим потрясениям.
Евразийский век
1 Мир Макиндера
Транссибирская магистраль - это стальной пояс, связывающий два континента. Почти 6 000 миль пути соединяют Москву и Владивосток; соединительные линии проходят через Европу и по восточному краю Азии. Уже более века Транссибирская магистраль привлекает путешественников, желающих проехать по самым отдаленным и порой прекрасным местам мира: Уральским горам, берегам озера Байкал, ошеломляющей изоляции русской степи. Но когда строительство Транссибирской магистрали было завершено в 1904 году, она стала предметом имперских мечтаний и геополитических кошмаров. 1
Царское правительство построило железную дорогу - монументально дорогой, финансируемый за счет долгов проект - с расчетом на славу. Она должна была открыть огромную, богатую ресурсами Сибирь для заселения и индустриализации. Она позволила бы Российской империи укрепить свое влияние в Маньчжурии, Корее и на всем Дальнем Востоке. Железная дорога, утверждал ее сторонник граф Сергей Витте, станет катализатором внешней экспансии и внутренней консолидации; она "не только приведет к открытию Сибири, но и произведет революцию в мировой торговле, вытеснит Суэцкий канал как ведущий путь в Китай, позволит России наводнить китайский рынок текстилем и металлическими изделиями и обеспечит политический контроль над Северным Китаем". 2.
Транссибирская магистраль изменила мир, но не так, как предполагал Витте. Япония, соперник России в регионе, прекрасно понимала, что ее ждет. Поезда могут перевозить войска, поэтому укрепление транспортных связей с Северо-Восточной Азией позволило бы царской империи навязать себя на заднем дворе Токио. "День, когда будет завершено строительство Транссибирской магистрали, станет днем, когда кризис придет в Корею, - предсказывал один японский военачальник, - а когда кризис придет в Корею, весь Восток ждет потрясение". 3 Токио не собирался этого допустить. Всего за несколько месяцев до завершения строительства последнего участка пути Япония совершила внезапное нападение на российский флот в Порт-Артуре, начав первую великую войну двадцатого века - борьбу за имперское господство в Северо-Восточной Азии.
Это было предвестие грядущих событий. Транссибирская магистраль стала точкой отсчета всей последующей кровавой эпохи.