Московская область находилась в двусмысленном географическом положении, потому что ее столицей по логике должна была быть Москва, которая на самом деле Подмосковью совершенно не подчинялась. При этом никакого собственного главного города у области не было, хотя в разные годы несколько крупных райцентров на это и претендовали. Пока будущий губернатор не построил из стекла и бетона новое здание подмосковного правительства в Красногорске, прозванное в народе «водокачкой» за характерную форму башни, возвышающейся над основным корпусом, областные власти заседали на Старой площади. Здесь в ночь подсчета голосов находился неофициальный штаб правящей элиты, и сюда, благодаря друзьям из пресс-службы Тяжлова, получил доступ и Аркадий. Здание московской областной избирательной комиссии, куда со всего региона стекались данные о голосовании, находилось совсем рядом, через сквер.
После закрытия избирательных участков из городов и районов Подмосковья начали поступать первые сведения об итогах голосования, и после обработки примерно пятнадцати процентов бюллетеней стало понятно, что Анатолий Степанович, несмотря на весь административный ресурс, нужных для победы процентов не набирает. И тут сведения из районных избиркомов оборвались, просто перестали поступать и все. Проходил час, другой, третий, а новой информации о подсчете голосов не было, как будто их никто и не считал.
Аркадий ходил из здания администрации на Старой площади в областной избирком и обратно, пытаясь получить хоть какую-нибудь официальную информацию, но чиновники делали каменные лица и от ответов уходили. Знакомые же сотрудники администрации, которых уже давно не устраивал стиль управления Тяжлова, а таких было немало, говорили, что отсутствие данных очень плохой признак – возможно, результаты пытаются подправить.
Наконец в одном из коридоров избирательной комиссии Аркадию удалось подловить проходившую из своего кабинета в туалет одну из сотрудниц облизбиркома.
– Когда же будут новые цифры? – буквально вцепился в нее журналист
– Ох, и не знаю даже! Область-то большая, никак не довезут нам бюллетени. Надеюсь, в туалет вы за мной не пойдете?
Но слухи об информационном вакууме стали постепенно выползать за рамки одного региона, и ситуацией заинтересовались федеральные СМИ. НТВ прислало к зданию областной администрации машину ПТС – передвижной телевизионной станции, чтобы с места событий можно было вести прямую трансляцию. И это очень напрягло власти. Автомобиль даже не пустили на стоянку перед администрацией. Аркадий как раз перебегал из одного здания в другое, когда корреспондент НТВ Юрий Липатов, приехавший с ПТС, пытался прорваться к зданию сквозь кордон охраны. Заметив эту сцену, Аркадий подошел, и они познакомились:
– Слушай, – спрашивал Юра, – что тут вообще происходит?
– Да похоже, пытаются протащить Тяжлова во второй тур, а с голосами совсем плохо. Вот официальный подсчет и приостановили.
– Нормально у них тут… А меня прислали в эфир выходить, а эти, – он махнул в сторону охраны, – даже к зданию не подпускают.
– Знаешь, я сейчас в администрацию зайду, у меня там в пресс-службе знакомые дежурят. Попробую что-нибудь сделать.
– Попробуй, а? Очень поможешь.
С помощью своих знакомых Аркадию удалось протащить машину телевизионщиков ближе к зданию. Обсудив с Юрой сложившуюся ситуацию, а новые сведения о подсчете голосов так и не поступали, они решили синхронно передать на ленту агентства и в эфир телекомпании, что результаты подсчета голосов на выборах губернатора Подмосковья утаиваются. Об этом открыто говорили эксперты, в частности депутаты Московской областной Думы, считавшие, что такая ситуация может свидетельствовать о серьезных нарушениях в ходе выборов.
А к областной избирательной комиссии уже подтягивались подмосковные депутаты, инициативные группы от разных кандидатов, журналисты, привлеченные грозящим скандалом.
Представители облизберкома зачастили с докладом на Старую площадь. От знакомых чиновников Аркадий узнал, что вызвало эту суету: чем больше голосов подсчитывали на местах, тем очевиднее становилось, что Анатолий Степанович не только не выходил во второй тур, но даже не дотягивал до третьего места в губернаторской гонке.
Информация агентства и телеканала о том, что подсчет результатов подозрительно затягивается, только разворошила чиновничий муравейник, потому что ситуация становилась публичной, а значит – почти не оставляла времени на принятие решения.
Как раз в этот момент Аркадий попался на глаза вспаренной, раскрасневшейся сотруднице избирательной комиссии, которая после очередной консультации выходила из кабинета на Старой площади.
– А это вы, наверное, молодой человек, – она хищно посмотрела на Аркадия, – передали, что мы голоса не подсчитываем?
– Но вы же не подсчитываете…
– А как вы вообще в этом режимном здании оказались? Кто вас сюда пустил?
– Работа у меня такая, – парировал Аркадий.
– Работа! Сейчас я скажу охране – и мы вас отсюда выведем! – она ускорила шаг и направилась вниз, к выходу.