Создавалось впечатление, что мэр действительно был очень удивлен увиденным. Он возмущался, кричал на своих заместителей и глав управ, на ходу объявлял взыскания, а сопровождавшие его журналисты недоуменно переглядывались:
– И чего он так ругается? Двор как двор. Почти все в Москве такие. Есть еще и похуже.
Иногда во время таких спонтанных проверок возникала трагикомическая ситуация. Лужков внезапно появлялся во дворе, а на дорожках лежал свежий, уложенный накануне вечером асфальт, на месте вытоптанной травы был рассыпан не успевший еще прорасти чернозем, а краска на лавочках липла к пальцам. Получалось, что кто-то из ближайшего окружения Юрия Михайловича сливал своим коллегам из префектур и районов информацию о дворах, которые планировал посетить мэр.
Объяснялось это тем, что многие высокопоставленные чиновники были недовольны практикой неожиданных проверок, предложенных мэру Шанцевым, и любыми способами старались сгладить негативные впечатления Лужкова, которые могли повредить устоявшейся в городе системе.
Непредсказуемые визиты Лужкова во дворы продолжались полтора – два месяца, а потом тихо прекратились. По итогам проверок несколько глав районных управ были уволены, десяток чиновников получили выговоры, но принципиальных изменений в городском управлении не произошло.
Со временем критика со стороны Валерия Павлиновича стала переполнять чашу терпения Лужкова, а самое главное – его окружения, для которого Шанцев был очень опасным противником, потому что прекрасно знал изнутри все «хитрые» схемы. И совершенно разные кланы вокруг Лужкова, подчас враждовавшие между собой за возможность влияния на мэра и, как следствие, за доступ к бюджетным ресурсам, снова начали объединяться, чувствуя серьезную угрозу сложившимся правилам игры, а значит – самим себе и своему «бизнесу».
Когда начальнику каждый день говорят о недостатках его подчиненного, даже если они преувеличены или вообще придуманы, рано или поздно начальник начинает задумываться. Примерно такая же атмосфера стала сгущаться над Валерием Павлиновичем. По-прежнему улыбаясь в глаза вице-мэру почти все крупные московские чиновники стали акцентировать внимание Лужкова на его малейших промахах. Невзлюбила Шанцева и супруга мэра Елена Николаевна. Постепенно отношения между Лужковым и Шанцевым начали охлаждаться.
В начале своей карьеры Валерий Павлинович возглавлял в городе социальную сферу что считалось слабым с политической точки зрения направлением. Набирая административный вес Шанцев консолидировал в своих руках практически всю экономику города. Когда же объединившиеся противники Валерия Павлинови-ча начали подковерную атаку на незваного реформатора, мэр отодвинул Шанцева от управления экономикой, поручив ему руководить городской промышленностью, что означало явное ущемление в полномочиях. Городская промышленность не была самой сильной гранью московской экономики, потому что все самые «живые» предприятия относились к оборонке, то есть подчинялись федеральному центру.
Особое иезуитство заключалось в том, что главой Департамента науки и промышленной политики, который теперь официально подчинялся Шанцеву, являлся личный друг Лужкова Евгений Пантелеев, который легко мог неформально блокировать все решения вице-мэра. Экономика города отошла под руководство Юрия Росляка.
А еще Лужкова убедили в необходимости внести изменения в Устав Москвы, которые отменяли избираемость вице-мэра города. Таким образом, статус Шанцева был значительно понижен, и если раньше всенародно избранного вице-мэра уволить было невозможно, то теперь Валерий Павлинович становился просто высокопоставленным чиновником, от которого можно было освободиться в любой момент.
Это был один из самых внушительных ударов, нанесенных командой в ответ на попытки реформирования привычной системы. Растревоженная московская элита послала Шанцеву недвусмысленный сигнал: или ты примешь наши правила игры, или мы тебя уничтожим.
По сути, Лужков отступился от вице-мэра под давлением своего окружения. А позже это окружение (команда, как они любили себя называть) отступилось и от самого Юрия Михайловича, когда над ним нависла угроза отставки. Бумеранг вернулся обратно…
На очередные выборы градоначальника Лужков пошел уже один, без вице-мэра. Правда, при этом он публично пообещал, что если будет избран, то вице-мэром назначит именно Шанцева, и, когда победил, обещание свое сдержал: Валерий Павлинович стал вице-мэром. Но это уже была совсем другая должность, совсем другие полномочия и совсем другие отношения между двумя людьми. Фактически это означало закат карьеры Шанцева в московском правительстве.