Ведьмы с Вардё полностью

Ингеборга карабкалась по скользким камням следом за Марен и Зари. Они шагали так быстро, что за ними было трудно угнаться. Зари вел их вглубь острова, к белым стенам крепости Вардёхюс. Они поднялись на вершину крутого утеса и присели за выступом скалы.

– Вряд ли нас кто-то увидит, – сказал Зари. – Мать говорила, что солдаты предпочитают курить трубки в своей сторожке, а не торчать на ветру на крепостной стене. Но все равно лучше поостеречься.

Они продолжили подниматься по скалам и наконец добрались до подножия крепости. Зари немного прошел вдоль стены, упираясь в нее ладонями, а затем оглянулся, чтобы оценить пройденный путь.

– Тоннель где-то здесь. Я уверен.

Он принялся толкать и расшатывать камни на земле под крепостной стеной. В конце концов один из камней сдвинулся с места, и под ним открылся узкий лаз.

Зари залез туда первым, за ним – Марен, Ингеборга – последней. Им пришлось ползти на животе. Грудь Ингеборги сдавило от страха, стало трудно дышать. В тоннеле было темно. Она не видела ни Зари, ни Марен, только слышала их шевеление и тяжелое дыхание впереди.

Внезапно Зари что-то с досадой воскликнул по-саамски и, видимо, остановился. Потому что остановилась и Марен, и Ингеборга наткнулась на нее в темноте.

– Что там? – прошептала она.

– Они запечатали тоннель, – сказал Зари и тихо выругался себе под нос. – Мы, конечно, сглупили. Можно было бы догадаться, что они завалят проход.

– Мы сможем пробиться через завал? Или прорыть обходной путь? – спросила Марен.

– Нет, это твердая скала, – сказал Зари. – Мы с отцом рыли этот проход много дней, а у нас нет столько времени.

– Но нам надо в крепость. – Ингеборга чуть не расплакалась от безысходности. Там, на другой стороне, – ее мама, одинокая и отчаявшаяся в ведьминой яме. Они были так близко.

– Здесь нам не пройти, – сказал Зари.

Ингеборга принялась бить ладонями по стенкам лаза, сдирая кожу об острые холодные камни.

– Нет! Нет! Нет!

– Мы найдем другой путь, – сказала Марен.

Они выбрались обратно наружу. На черном небе клубились темные тучи. Ветер пронзительно выл, предвещая скорую бурю.

– Шторм возвращается, и нам тоже пора возвращаться, – предупредил Зари. – Мортену нужна лодка. И нам в любом случае нельзя оставаться на острове. Либо мы тут замерзнем, либо нас схватят.

Ингеборга внимательнее присмотрелась к крепостной стене Вардёхюса, к щелям и трещинам в старой каменной кладке. Потом ощупала стену в поисках опоры для рук и ног. Да, тут было за что ухватиться. Она подняла голову и сразу приметила еще больше крошечных впадин и выступов по всей стене до самого верха.

Ей вспомнились слова Акселя. Представь, что ты кошка.

– Я могу забраться на стену, – сказала она, повернувшись к Зари.

Тот изумленно уставился на нее.

– Ты упадешь и убьешься, – сказал Зари без обиняков. – Тут нужна сила, а ты не такая уж сильная, Ингеборга.

Но Марен встала с ней рядом, плечом к плечу, и взяла ее за руку.

– Она очень сильная, ты просто не знаешь. И я пойду с ней. Вместе мы справимся.

Зари смотрел на них так, словно не верил своим ушам.

– Мы пойдем в крепость, а ты возвращайся на берег и стереги лодку, – сказала Марен приказным тоном.

Зари покачал головой:

– Это безумие.

– Я забиралась на скалы гораздо опаснее этой стены, – сказала Ингеборга, вспомнив отвесные склоны птичьих утесов в Эккерё. – Если мы не вернемся в ближайшее время, плыви обратно к Мортену.

Зари положил руку ей на плечо:

– Не делай этого, Ингеборга.

– Я должна помочь матери.

Он посмотрел ей в глаза, и она увидела в его взгляде сочувствие и понимание.

– Хорошо. Я сделал бы то же самое для своей матери. Но я не могу долго ждать. Шторм приближается, и я никогда не позволю им бросить меня в темницу!

Ингеборга опять повернулась к крепостной стене. На секунду расслабила руки и ноги, а потом полностью сосредоточилась на предстоящей задаче и сделала глубокий вдох, как бы вбирая в себя разлитую в воздухе силу. Ощутив резкий прилив энергии, она подняла руки, уцепилась за ближайший выступ в неровной кладке и подтянулась, упершись ногами в стену. Ступни сами нашли опору для следующего рывка вверх. Мы всегда смотрим лишь на добычу. И никогда не глядим вниз.

Марен полезла вверх следом за ней.

Ингеборга слышала ее дыхание, хриплое от усилий.

Она ощущала подъем всем своим естеством. Она карабкалась по шершавой крепостной стене, и у нее было странное чувство, словно внутри у нее поселилась некая новая сущность. Ее ногти впивались в стену, как хищные когти. В ней пробудился какой-то звериный инстинкт. Она точно знала, что не упадет.

Ветер бил в спину, словно пытаясь стащить ее вниз, но она продолжала подъем. Наконец Ингеборга добралась до вершины и перелезла через парапет на галерею, идущую по верху стены. Она глянула вниз – убедиться, что с Марен все в порядке, – но Марен нигде не было. Внутри у Ингеборги оборвалось, но тут у нее прямо над ухом раздался шепот.

– Вот мы и на месте, дружище-кошка, – сказала Марен, расплывшись в улыбке.