Здесь они покинули старую улочку, вышли под нежаркое солнце позднего пополудня и достигли остановки. Чья ж это знакомая машина подъехала к ним? Правда, на сей раз она подъехала с другой стороны, но и теперь тормозит позади трамвая, который должен был доставить их к вилле Барбер. Пришлось им пропустить трамвай, Пулайе засигналил и простер к ним руки. Если бы они даже и захотели воспротивиться его бурному натиску, все равно оставалась повязка на левой стороне его лица. Что произошло?
– Пулайе, ваше желание не исполнилось. How are you?[182]
– Moi[183], wonderful[184]. Вы бы лучше поглядели на Нолуса. Нолус у нас лежит. Определенно лежит в больнице, это мне известно от Нины. Разумеется, как только пакет оказался у меня, она сразу перебежала ко мне.
– Что вас больше радует? – полюбопытствовала Стефани. – Нина или пакет?
– Оба пакета, – отвечал он с детской улыбкой. Замысел, возможно, был циничный, а улыбка получилась чистая: настолько счастлив был Пулайе. Он начал рассказывать просто из желания поговорить: – Quand j'avais tomber Monsieur, Madame je fait les hauts cris. Déjà, аu téléphone, elle composait le numéro, elle aurait appelé la Police[185].
– Вы, значит, и Нину сбили с ног? – предположил Андре.
– Moi! Vous êfes fou![186] Неужели я похож на человека, который способен ударить женщину? Господин Нолус из последних сил дергал ее за ногу, пока она не рухнула прямо на него. Это причинило ему сильную боль, он заорал еще громче, чем она, и тут она затихла. Я еще успел наскоро растолковать ей, что с ней будет, если она не сумеет держать язык за зубами. «Si, à la Préfecture, vous vous mettez à table, ma jolie, се Monsieuг est capable de vous faire vofre аffаire»[187]. Предостерегши ее насчет возможного убийства, я поспешил уйти. Но он и сам, прежде чем потерять сознание от боли, посулил ей то же самое, только еще более определенно.
– В схватке с вами он теряет сознание. – Парочка искренне восхищалась Пулайе. – Sans doufe vous en avez la preuve[188].
Оба тем не менее явно сомневались.
– Доказательство, что он не тянет против меня, что не смеет позвонить за помощью и должен хранить железное молчание касательно чеков, которые он украл совершенно так же, как я? Се cher ami![189] Доказательство он послал вслед за мной, со своей подружкой. Il n'est que de s'entendre[190]. Чтобы покороче, Нина убежала от него ко мне. Я даже не успел свернуть за угол, где оставил машину.
– И вы прихватили с собой эту темпераментную особу? – сообразила Стефани.
Но Пулайе лишь широко распахнул единственный незакрытый глаз.
– Эту скандальную шлюху я доставил именно туда, где ее присутствие принесет минимум вреда, то есть к Артуру. C'est l'enfance de l'art[191].
– Вы устыдили меня, – сказала Стефани.
– Don't worry[192], – отвечал Пулайе, – желаю лично вам никогда не сталкиваться с шумовыми эффектами жизни.
– Вот и я тоже жду этого для своей нареченной, – подтвердил Андре и вспомнил про винные погреба своего дедушки, тоже театральный эффект жизни, которым нельзя пренебречь. – Если мне дозволено будет задать вопрос: вы намерены сразу же отправиться в путешествие с обоими пакетами? Вы, помнится, говорили про два?
– Ничего не выйдет, – сказал Пулайе. Он совершил эффектный размах, рукой и словом.
– Вы, верно, думаете про месье Нолуса, для которого не существовало бы ничего более спешного. Вы думаете про моего друга президента и его спутницу того же полета, что и моя tempérament à part[193]. Вспомним лучше о том, что каждый из этих зрелых господ предпринимает свои первые шаги за пределами социальных границ. И совершается это неизменно в обществе проститутки.
– Это звание не присвоено официально ни одной из дам, – одернула его Стефани, – и поскольку вы ясно хватаете через край по части морали, я предвижу, что вы намерены жениться.
– Хоть бы и на вас, honey[194], – признался он к искреннему изумлению парочки. – Ne craignez rien[195], я не позволю себе отнимать вас у вашего мальчика. Так новую жизнь не начинают.
Андре одернул его:
– Dans le métier de Don Juan, vous n'avez plus toutes les chances, cher ami, comme burglar non plus[196].
– Dites que je sais m'arrêter à temps[197]. При наличии состояния как непременном условии я за порядок и добронравие.
Самое странное, что при этом никто не засмеялся. Один верил в то, что говорил, других убедило если не что иное, то уж, во всяком случае, половина его лица, поскольку другая половина отсутствовала. Зато открытая половина настойчиво сулила целую эпоху перемен на стезе добропорядочности.
Андре заметил:
– Dès qu'il fut riche, il devint un très hounête homme[198], по-моему, я где-то об этом вычитал. Прежде чем что-нибудь произойдет, об этом непременно успеваешь прочесть.
Стефани призвала его к порядку:
– Да оставь ты в покое литературу! Пулайе, мне совершенно ясно, вы обратили в наличность упомянутое состояние.
Пулайе:
– Если бы Нолус не избавил меня от риска.
Стефани:
– И вы питаете намерение поделиться с Артуром?
Пулайе:
– А что вам здесь не по вкусу?
Стефани:
