Вера, надежда, резня полностью

Просто ради интереса, как долго вы репетировали?

Неделю.

То есть вы записали альбом относительно быстро, а затем отправились в турне после недельной репетиции?

Да. Обычно мы считаем, что слишком много репетиций утомляют. Конечно, нужно выучить песни, но потом выясняется, что все в любом случае меняется, когда играешь вживую. Есть замечательное высказывание Майка Тайсона: «Ты думаешь, что у тебя есть план, пока не получил по физиономии». Здесь похожий случай. Ты думаешь, что хорошо знаешь все песни, пока не выйдешь на сцену и вдруг некоторые, хорошо звучавшие на репетициях, просто проваливаются, в то время как другие вырываются в жизнь.

Примечательно, что многие города, где вы играли, не входят в ваш обычный гастрольный маршрут. Часто, когда я звонил поболтать, вы ехали на концерт в Стоук, Стоктон или типа того. На что это было похоже?

Это стало неожиданным удовольствием и своего рода уроком. Поскольку коронавирус не позволил покинуть страну, пришлось играть во всевозможных незнакомых для нас местах Великобритании – в Блэкпуле, Ипсвиче, Брэдфорде, – и эти города, города на отшибе, города забытые, проявили такую открытость! Портсмут – какой замечательный там был концерт! И в Стоуке тоже.

Отличались ли здания драмтеатров от площадок, где вы обычно играете?

Да, в некоторых старых театрах на стене висели афиши артистов старой школы, таких как Дик Эмери, Кен Додд, Боб Монкхаус и Два Ронни. Когда-то все они тоже топтали эти доски. Было во всем этом что-то почти водевильное: ездить из города в город, сидеть в гримерке, наносить грим, сходить со сцены и намазываться кремом «Понд» – точно так же, как, по моим детским воспоминаниям, делала моя мать, когда снимала макияж. Затем возвращаться в отель, ни с кем не встречаясь. Было в этом туре прекрасное ощущение повтора. Это казалось старомодным, каким-то экзотическим. Совсем не рок-н-ролльным.

Я помню, как Барри Хамфрис изображал Леса Паттерсона и Даму Эдну на фестивале «Meltdown» в Саутбэнке. Он приехал один со старым чемоданом, в котором, думаю, лежало все его барахло: костюмы, парики и тому подобное. И когда после выступления мы все тусовались за кулисами, он внезапно вышел из своей гримерки, без грима, с потрепанным чемоданом, и медленно покинул здание. Это было очень трогательно – видеть, как он уходит в одиночестве.

Одинокое, меланхоличное существование.

Да, но удивительно поэтичное.

Так вот куда ты метишь, Ник, – в театр старой школы.

Похоже на то.

Должен спросить: раскрыла ли какая-нибудь из новых песен свой смысл во время тура?

Да, конечно. Все. Все песни с «Carnage» пошли совершенно по другому пути. Но не сразу – вечер за вечером, каждый раз где-то в новом месте. Например, я понятия не имел, что сама песня «Carnage» настолько эмоциональна, пока мы не исполнили ее вживую. Меня это очень тронуло. Было трудно держать себя в руках. А песня «White Elephant» вызывала какую-то ярость внутри, иногда меня просто разрывало. «Lavender Fields» из посмертного путешествия превратилась в нежную духовную песню утешения. «Hand Of God» стала просто безумной.

Племянница моей жены была на концерте в Кардиффе, и ей очень понравилось, но «Hand of God» ее немного напугала. Она сказала, что ты был похож на лидера религиозного культа.

Правда? Не могу передать, как я рад это слышать. В «Hand of God» определенно присутствует этот евангелистский дух. На сцене я часто думал, что легко мог бы стать главой культа.

Рассматриваешь смену карьеры?

Не знаю. Ты бы присоединился?

Черт, нет.

А племянница твоей жены?

Ни в коем случае.

Это хорошо. А может, и нет.

Как зазвучала вживую «Balcony Man»? Это такая странная песня.

Чистый мюзик-холл, чистое актерство. Люди на балконах вставали и выкрикивали разные вещи. А затем мы выходили на бис с эпической песней «Hollywood», приобретшей мрачный, сатанинский ритм, который все нарастал и нарастал, а мои прекрасные бэк-вокалистки звучали очень глубоко и необычно. Все песни нашли себя самым неожиданным образом. Знаешь, для меня пластинка никогда не является законченной вещью; скорее, она лишь часть большего эксперимента, итогом которого становится концерт.