– Ммм… да, я заметил, что она тебя защищала, как она берегла твоё тело. Странно, что ты дала имя своему Альтер-эго, ведь вы нераздельны. Ты – и есть она, – он испытывал взглядом Алису, ну ничего на её лице не дрогнул ни один мускул. Она долго стояла и внимательно слушала, а потом повернулась к окну, стоя спиной к Винсенту, который продолжал говорить, – Лис, у тебя раздвоение личности, это нормально, учитывая те экстремальные нагрузки, которые ты испытываешь. Я запретил тебе использовать силу, чтобы твой мозг успокоился, чтобы ты стала… цельной! Но это… не обезопасило тебя от реальности, в которой нагрузок меньше не стало. Квин – это ты, это та часть тебя, которая справляется со всем, это простая самозащита, – он осторожно взял чистый листок бумаги со стола, скомкал его и бросил в Алису. Она резко развернулась, выставила перед собой руку, направляя силу из ладони к летящему в неё комку и разряд тока воспламенил бумагу. До Алисы не долетел даже пепел, она снова стала воинственной, несмотря на обнаженное тело, прикрытое шёлковой простынёй, – Справляешься ты, Алиса, никто другой.
Блэквелл с хитрым взглядом подошёл своей львиной походкой к девушке, замершей в одном положении, взял её ладонь в свою, переплёл свои пальцы с её пальцами, но Алиса по-прежнему стояла как статуя. Винсент проскользнул второй рукой по прохладному шелку к талии девушки, ловким и быстрым движением запрокинул её назад, почти ставя на мостик, но не теряя контакт с её холодными глазами и страстно зашептал:
– Ты не обманешь меня, ведь я знаю, что за холодной стеной, в той тусклой комнате всего одна женщина, горячая и страстная.
– Откуда ты знаешь? – тихо спросила она, глядя отстранённо. Её волосы касались пола, простыня прикрывала тело по-прежнему, но теперь держалась только от соприкосновения тел мужчины и женщины.
– Я был с вами обеими, и авторитетно заявляю: Квин – это твой механизм самозащиты.
– Знаешь…
– Эй! – предостерегающе перебил он её и поцеловал в соблазнительную ключицу, – Я не говорю, что Квинтэссенции нет, не преуменьшаю её значимость. Я знаю, что сила никуда не исчезает, что она вечна, что умирают лишь люди, но ты – часть этой силы, а она – часть тебя. Ты принимаешь всё вокруг в истинном свете, даже меня, но на себя у тебя не хватает места? Не отвергай себя.
В глазах Алисы была целая загадочная Вселенная с миллионами оттенков тайн, которые Блэквелл хотел понять, но не мог зацепиться. Её лицо было спокойным и умиротворённым, таким же красивым как всегда, а неразгаданное в её виде притягивало с невероятной силой. Винсент улыбнулся, понимая, что в своих руках в эту минуту он держит величайшее из сокровищ человечества, сильнейшее оружие и самое удивительное из созданий на свете одновременно.
– Привет, – улыбнулся я, когда увидел Алису у себя в кабинете снова.
Что-то забыла или, может, уже соскучилась? Улыбаюсь мысли о том, что она снова голодна в том самом смысле, который кипятит мою кровь. Я готов… я всегда готов! Прошло всего пара часов, как она телепортировалась отсюда к нам домой, и мне приятно снова её видеть.
Моя. Не хочу с ней расставаться…
Стояла у окна ко мне спиной и смотрела куда-то вдаль, а в стекле отражались чёрные глаза.
Никогда не привыкну к этому чёрному взгляду. Мне в эти минуты тревожно, что однажды она не вернётся, ведь у неё по-прежнему нет мостика, а проходить каждый раз через боль… сможет ли она?
– Класс! – монотонно произнесла она, – Честно… я не ожидала. – она повернулась ко мне и вид её был устрашающим, – Я ведь много Блэквеллов знала, и все они держали обещания.
– Квин?
– Бинго! Не перебивай. – она скрестила руки на груди и продолжила, но я уже и сам понимал о чём пойдёт разговор, – По факту обещания конечно не было, ведь мне не хватило доли секунды, но я, признаться, думала, что угроза смерти твоего «Ангела неземного» тебя хоть как-то напугает. И знаешь, что я вижу?
– Знаю.
– А я всё же не поленюсь тебе это сказать, Винсент Блэквелл: вижу я не мою Алису, а твою Алису. Алису Блэквелл! Это что за экспромт?
– Я хотел её защитить. Тебя защитить.
– Да что ты? Ты запретил ей… запретил меня!
– Это обычный манёвр восстановления психики, Квин. Вы раздвоились…
Сейчас, собственно, я вижу тоже самое, поэтому:
– Ты ведь вернёшь мне её?
– Я ещё очень подумаю, прежде чем тебе ответить! Знаешь, я ведь хочу обзывать тебя и ругать, но Лимбо даже эту приятную мелочь не даёт мне сделать.
– Ты можешь ругаться…
– МУДАК! ТЫ МУДАК! Я говорила тебе, чтобы ты держался от неё подальше, вместо этого тебе, идиоту, пришла в голову мысль жениться! А что за рандеву у вас сегодня было?
– Бог свидетель, я пытался держать член в штанах! Ты довела меня… Алиса в смысле.
– Пошёл бы и трахнул кого-нибудь – тебе не привыкать!
– Но она так хотела…
– А если она яду выпить захочет, ты нальёшь ей?
– Нет конечно.
– Тогда уясни одно простое тождество: ты для Алисы – яд! Всё это наше замужество… магический брак, будь он не ладен…
– Я не могу ей сопротивляться.
