Чувствуя вину за свой приступ гнева, Фроан решил загладить свою вину. Он погладил Рози и угостил ее стрелой фейри. Рози удовлетворенно хрустела ею, не подозревая, как близко она подошла к смерти. Другим козам пришлось несладко, когда в них вселилась тень Фроана. Их тела гнили в болоте, которое было идеальным местом для сокрытия проступков. Фроан сожалел о каждом случае, но в то же время живо вспоминал их. По сравнению с теми моментами ярости вся остальная жизнь казалась ему рутиной.
После того как Рози съела свое угощение, Фроан с помощью веревки повел ее в сторону Фар Хайта. Путь был сложным, так как на этом месте было мало устойчивой почвы. Свое название он получил из-за изолированности, которая объяснялась не удаленностью от других хайтов, а коварством окружающего болота. Болотники считали расстояние иначе, чем люди, живущие на твердой земле, длина безопасного пути между двумя точками не определяла, находятся ли они рядом или далеко. По этой мерке Фар Хайт был назван правильно. Единственный путь к нему был длинным и запутанным. Неверный поворот мог оказаться смертельно опасным, а после дождя путь в основном оказывался под водой.
Когда мать Фроана переехала в Фар Хайт, это место было давно заброшено. Болото поглотило его прежних обитателей, и большинство жителей болот ожидали, что то же самое произойдет с незнакомкой и ее ребенком. Когда Фроан стал достаточно взрослым, чтобы освоить сложный маршрут, он был поражен тем, что его мать нашла его сама. До нее другие пытались и не смогли. Некоторые так и не вернулись.
Хотя никто не посещал Фар Хайт, многие завидовали ему как месту жительства, ведь он был достаточно велик, чтобы содержать стадо коз. Кроме того, на его пологом южном склоне росли деревья, а на северной стороне было несколько естественных пещер. Одна из них была достаточно большой и глубокой и идеально подходила для хранения молока и изготовления сыра. Фроан и его мать жили на южной стороне холма в пещере, вырытой прежними жителями. Она была маленькой и грубой, но удовлетворяла их основные потребности.
По дороге домой Фроан отвел Рози в сторону от тропинки и привязал ее к пню поваленного дерева. Затем он полез в сумку и рассыпал перед ней на земле несколько корней фейри-стрелы. Когда коза начала есть, он похлопал ее по спине.
– Хорошая девочка, – сказал Фроан. – Теперь ты не потеряешься.
С этими словами он направился к Тарак Хайту. Без его помощи дойка заняла бы его мать достаточно долго, чтобы он успел навестить Телка. Фроан ненавидел утомительную ежедневную дойку и искал любую возможность избежать ее.
Через некоторое время Фроан добрался до Тарак Хайта и обнаружил, что Телк работает над своей тростниковой лодкой.
– Телк! – позвал он. – Все еще возишься с лодкой?
– Что ты здесь делаешь? – спросил Телк. – Сейчас время дойки.
– Коза заблудилась, и мама попросила меня найти ее, – сказал Фроан. – Она подумает, что я все еще ищу.
Лодка, построенная из пучков тростника, по сути, представляла собой продолговатый плот с наращенными бортами. На носу и корме она сужалась острием, а тростник загибался вверх и внутрь с обоих концов. Телк работал над изгибом кормы. Фроан недолго наблюдал за ним, затем спросил:
– Что ты делаешь?
– Улучшаю её форму.
– Зачем? Ты собираешься провести её только через трясину. Оставь это, и пойдем на остров.
– Я почти закончил.
– Я проделал весь этот путь не для того, чтобы смотреть, как ты украшаешь свою лодку, – сказал Фроан. – Я пришел, чтобы мы могли подготовиться к нашему будущему. А теперь пойдем.
Фроан видел, что Телк не хочет отрываться от работы, но это его не смущало. Он привык переубеждать других, чтобы добиться своего. Этот талант давался ему так естественно, что он замечал его только тогда, когда он не срабатывал, как в случае с его матерью. Как и ожидал Фроан, единственным сопротивлением его друга был вздох, когда он отложил инструменты. Затем он столкнул лодку на воду. Незаконченная корма лодки напоминала обтрепанную кисть, но это не повлияло на ее управляемость. После того как Фроан вылез на берег и забрался на борт, Телк начал направлять лодку по каналу.
Они посещали остров бесчисленное количество раз, но Фроан все еще не знал дороги к нему. Узкие и запутанные водные артерии, окруженные высокими камышами, были одинаковыми и быстро сбивали его с толку. Однако Телк был похож на своего отца и, казалось, всегда знал, где он находится, несмотря на то, что болота были изменчивы, менялись в зависимости от времени года и колебаний уровня воды. Фроан быстро устал смотреть на камыши и обратился к своему другу.
– Когда-нибудь ты будешь водить по Тургену настоящую деревянную лодку.
Телк ничего не ответил, продолжая грести.
– Не улыбайся, – сказал Фроан. – И не говори, что ты этого не делал. Запомни мои слова. Когда я стану хозяином корабля, ты будешь моим рулевым. Вот почему нам нужно тренироваться.
– Бой на мечах?
– Да, бой на мечах. Ты слышал рассказы Добаха. Река – суровое место.
– Да, если верить Добаху.
