Сократив расстояние в несколько шагов, Йим вонзила меч в живот мужчины, надавливая изо всех сил, пока острие не прорвалось с другой стороны. Затем клинок легко скользнул в теле мужчины, пока рукоять не уперлась в живот, и горячая кровь хлынула на руки Йим. Взволнованная, она потянула клинок в сторону, чтобы расширить рану. Мужчина застонал и упал, вырвав меч из рук Йим. Он был еще жив, когда она выхватила его и принялась с диким остервенением рубить. Йим успела частично отрубить мужчине руку, прежде чем один из ее ударов глубоко вонзился в его шею и оборвал его жизнь. Йим почувствовала еще один прилив экстаза, а затем продолжила рубить.
Звук голосов прервал Йим. Она бросилась к дверному проему и выглянула наружу. К хижине спешили трое вооруженных мужчин. Они были в крови, а один нес за волосы отрубленную голову женщины. Увидев Йим, они бросились на неё. Йим ответила чистой яростью. Не раздумывая ни секунды, она бросилась навстречу нападавшим. Пока Йим бежала, она слышала маниакальный смех, в котором было столько же кровожадности, сколько и ликования. Только когда она почти добежала до мужчин, Йим поняла, что смех принадлежит ей. К тому времени мужчины уже перестали бежать. Если бы Йим задумалась об этом, то решила бы, что они стали странно пассивными. Но Йим было не до размышлений, ее интересовало только убийство. Она неуклюже рубила ближайшего мужчину, и ей потребовалось несколько ударов, чтобы повалить его. Зарядившись энергией, она вогнала клинок глубоко в глаз второму мужчине, мгновенно убив его.
Ухмыльнувшись, Йим повернулась к мужчине, который нес голову. Как и у остальных, в его лице не было ни страха, ни злости, только пустота. Йим замахнулась мечом на его шею, но попала в плечо. Вывернув клинок, она снова замахнулась и попала в цель. Из мужчины брызнула кровь, он упал на землю и умер. Тем не менее, Йим продолжала наносить удары, пока не обезглавила его. Затем она отбросила его головуиз его рук в сорняки и заменила ее головой своей жертвы. В приподнятом настроении Йим хихикнула над своим жутким юмором, а затем огляделась в поисках кого-нибудь еще, кого можно было бы убить.
Не увидев никого, Йим почувствовала разочарование. В утешение она провела языком по лезвию, пробуя кровь своих жертв. Лезвие стало горячим на фоне ледяного языка, и Йим осознала, насколько холодной она стала. Затем Йим потрясенно осознала, что, скорее всего, кровь Хьюта и Витты тоже была на клинке. Ее ужас утихомирил ярость настолько, что в памяти всплыло воспоминание о Витте. Это было в тот день, когда они познакомились. Йим вспомнила старую Мудрую женщину, сидящую за столом, и напряженный взгляд ее молочно-голубых глаз. Йим также вспомнила слова Витты:
– Не корми тьму. Она сильнее, чем ты думаешь.
Как только Йим вспомнила об этом, в ней снова вспыхнула ярость. Однако на этот раз она поняла ее источник и стала бороться с ней. Это было нелегко: убивая, она усиливала своего внутреннего врага. В голове Йим царило смятение, но в ней было достаточно ясности, чтобы понять: чтобы победить своего заклятого врага, ей нужно заменить ненависть состраданием. Йим видела, что не вершила правосудие и даже не мстила. Вместо этого враг помог ей убить тех, кого он разжег.
Несмотря на понимание того, что она должна сделать, Йим чувствовала себя не в силах это сделать. Она не могла простить тех, кто убил Хьюта и Витту. Ненависть – орудие Пожирателя, говорила она себе. И все же она тлела в ней. Эти люди жестоко расправились с двумя добрыми и нежными людьми. Естественно было нанести ответный удар. Более того, это казалось правильным. Тем не менее, это была ловушка. Неспособность остудить гнев показалась Йим признаком ее слабости и силы Пожирателя.
Ситуацию осложняла и опасность, в которой находилась Йим. Она была уверена, что прибудут еще люди. Если она встретится с ними лицом к лицу, то еще больше укрепит власть Пожирателя над ней. Бегство казалось ей единственной надеждой. Йим направилась к хижине, чтобы собрать все необходимое для поспешного бегства. Но даже для этого ей потребовалась вся ее воля, и, как она ни старалась, она не могла отказаться от обретенного меча. Добравшись до тела Хьюта, Йим затащила его в хижину, чтобы он лежал рядом с Витой. Затем она поспешно собрала одежду, снаряжение и провизию для своего путешествия, не переставая при этом смахивать слезы с глаз.
