Когда Йим была готова к уходу, она нашла время, чтобы собрать погребальный костер для Хьюта и Витты из всего легковоспламеняющегося, что только можно было найти. Когда все было готово, она втащила двух своих друзей на импровизированную кучу и, произнеся молитву Карм, зажгла ее. Когда пламя начало разгораться, Йим поспешила выйти из хижины. На ее плечах лежали полный вьюк, три шкуры с водой, тяжелый мешок с зерном и меч без ножен. Кроме того, она устала от долгого бега к хижине, от усилий, затраченных на разжигание костра, и от того, что ей пришлось убить пятерых мужчин. Тем не менее, она двигалась так быстро, как только могла. Йим нужно было двигаться на юг, а это означало пересечь долину.
Больше всего Йим боялась, что наткнется на новых мародеров. Это была одна из причин, по которой она хранила меч. Она подозревала, что были и другие причины, более мрачные, о которых она не могла задумываться в своем нынешнем состоянии. Об этом мы поговорим позже, подумала она, оглядываясь по сторонам в поисках признаков опасности, а сначала я должна пережить этот день.
Пася коз, Йим выходила на дно долины, но никогда не заходила так далеко, как на ту сторону. Поколения пастухов превратили внутреннюю часть долины в луг с растениями высотой по пояс, лишь редкие деревья нарушали стройную линию. Йим чувствовала себя опасно заметной, и ее опасения росли, чем дальше она продвигалась. Когда это чувство стало слишком сильным, она опустилась на землю, боясь идти дальше. Закат был уже не за горами, и Йим взвесила свои возможности. Сорняки заслонят ее от посторонних глаз, но если кто-то пройдет рядом, ее заметят. Таким образом, она могла затаиться до темноты и рисковать тем, что враг найдет ее, или же продолжить бегство, рискуя быть замеченной. Решать, что рискованнее, было бессмысленно, ведь она ничего не знала о врагах – ни их численности, ни положения, ни целей, ни лидера.
Это неправда, подумала Йим. Их предводитель, должно быть, Фроан. Это было вполне логично. Однажды ей уже приходилось сталкиваться с людьми, похожими на тех пятерых, которых она только что убила. Они были членами крестьянской армии лорда Бахла. Они тоже казались бесчеловечными и разъяренными. Только один человек обладал силой, способной создать такую армию, и Йим было очевидно, что эта сила перешла к ее сыну. Эти люди были творениями Фроана. К такому выводу Йим привела не только логика, но и материнская уверенность в том, что ее самый большой страх воплотился в жизнь. Сердце подсказывало ей, что это правда, и это убеждало ее не хуже любых доказательств.
Йим вспомнила свое страшное путешествие к отцу Фроана и то, как она прошла через жестокую толпу под его властью. Это был кошмарный опыт, но не такой ужасный, как сам лорд Бахл. Он был источником безумия своей армии, ее злобным ядром. Йим предполагал, что Фроан находится где-то поблизости, подбивая людей бесчинствовать в долине. Возможно, он находится в горящей деревне или даже ближе.
Ирония судьбы. Йим готовилась к долгому и трудному путешествию, чтобы найти своего сына, а вместо этого он собирался найти ее. Все, что ей нужно было сделать, – это оставаться на месте и подняться из своего укрытия, чтобы ее проводили к нему. Затем Йим представила себя стоящей перед сыном с поличным после убийства пяти человек и читающей ему лекцию о сдержанности. С тоскливым чувством, граничащим с ужасом, она боялась, что эта задача ей не по силам.
Никогда еще Карм не казалась ей такой слабой, а Пожиратель – таким сильным.
Долгое путешествие в Бахленд имело одну привлекательную сторону – оно откладывало противостояние с Фроаном. Йим сказала себе, что не будет убегать от нее, а скорее выберет более подходящее место и время. Когда я буду лучше подготовлена. Как только она придумала это обоснование, то принялась за дело с энтузиазмом, смахивающим на отчаяние. Казалось, оно намекало на то, насколько сложным будет противостояние, и свидетельствовало о ее неуверенности в себе. Тем не менее, Йим решила отправиться на юг.
Это решение вернуло Йим к первоначальной дилемме: ей нужно было скрыться от мародеров. Поколебавшись, что делать, она решила лечь в сорняки и надеяться на лучшее. Если ее никто не найдет, она отправится на юг в сумерках. Если же ее настигнут люди, у нее был меч. Йим была готова воспользоваться им, хотя и боялась последствий. Йим не верила в судьбу, и, похоже, ход ее жизни определяла случайность. Ей оставалось только ждать и ждать, как все сложится.
