Результаты этих ограничительных законов отразились, между прочим, не только на интересах евреев, но и всего общества: в тех местах, где христианское торгово-промышленное население было малочисленно, стали по необходимости избирать христиан низших сословий, совершенно не подготовленных к ответственной общественной службе.
Закон 1839 года относился только к западным губерниям, на остальные губернии он не распространялся. Но в своде законов (1842 г.) было опущено указание о пространстве действия указанного закона, и отсюда сделалось возможным его применение и в других губерниях. Однако в южных губерниях, где отношение властей к евреям было сравнительно более благоприятное, еще долго время сохранялся старый порядок. Так, во многих местах евреи участвовали в выборах городского головы вместе с христианами, занимали должности словесных судей, а также членов коммерческих судов. В 1862 году херсонский губернатор ходатайствовал о предоставлении обществу права избрать в Херсон городского голову из среды евреев ввиду того, что кандидаты из христиан оказывались неподходящими для занятия этой должности.
Позже ограничения были внесены и в сферу ремесленного управления. По закону 1852 года ремесленный голова (избираемый христианами и евреями совместно) и один из числа двоих гласных каждого цеха должны быть непременно христиане. Равным образом в упрощенном ремесленном управлении старшина и товарищ его должны быть непременно из христиан, другой товарищ может быть из евреев, но назначается он не сходом, а городскою думой, ратушей или магистратом, под ответственностью членов этих учреждений за «благонадежность» избираемого еврея. В управах цехов, составленных из христиан и евреев, старшина и один из его товарищей должны быть христианами, второй товарищ может быть из евреев, но с той же ответственностью за благонадежность. Подобный же характер носят правила об избрании выборных и поверенных в подмастерских управах цеха.
Эти законоположения продолжают существовать по сию пору. В действующем законодательстве ответственность за благонадежность ремесленников-евреев, в случае назначения их на должность, падает на городские учреждения. Избрание на ремесленные должности допускается не иначе как с разрешения губернатора, с представлением в сомнительных случаях генерал-губернатору.
Когда в конце шестидесятых годов возник вопрос о преобразовании городского самоуправления, министерство внутренних дел пожелало ознакомиться с мнением общества о характере муниципальной реформы. С этой целью всюду в городах (в числе нескольких сот) были образованы комиссии из местных людей.
Ни одна из числа 170 комиссий, образованных в губерниях черты, не высказалась за полное устранение евреев от участия в сфере городского самоуправления. Было даже открыто и смело заявлено, что всякие «существующие доныне ограничения следует устранить совершенно, и евреям должен быть открыт доступ ко всем общественным должностям». Сомнения возникали лишь в частностях, в вопросе, например, об избрании городского головы из евреев, причем высказывалось пожелание, чтобы на эту должность допускались евреи лишь с высшим образованием. Только незначительная часть комиссий предлагала сохранить старый порядок и изолировать христиан от евреев в деле выборов.
На основании материала, поступившего от местных комиссий, в проекте реформы, составленном при министре Валуеве, было внесено правило о совместном производстве выборов евреями и христианами; ограничения же заключались в следующем: в городские головы евреи не могут быть избираемы; число гласных евреев не должно превышать
Этот законопроект был передан на обсуждение Второго отделения Е.И.В. канцелярии, а также министерства финансов, и оба учреждения оставили без всяких изменений статьи, касавшиеся евреев. Но министра Валуева сменил Тимашев. Образованная при нем комиссия для нового рассмотрения проекта не внесла никаких ограничений по отношению к евреям. Точно так же отнесся к вопросу и Совет министра, но на журнале Совета новый министр положил резолюцию: «Долю участия евреев в общественном управлении определить
