Неррон кивнул. Нефрит распространялся дальше. Уилл ощупал разгладивший его щеку камень.
– Я позвал его – и он появился.
– Хорошо, – хрипло сказал Неррон.
Все было хорошо.
Для того, кто не любит путешествовать, Роберт Данбар в последние месяцы слишком часто собирал чемодан. Доклады в Бенгалии, Нихоне, а теперь в Тасмании. Он сомневался, что есть смысл читать лекции по истории Альбиона в стране, где половина жителей – насильственно переправленные сюда по морю каторжники. И все же он принял приглашение в надежде найти в этой части света место, где его отец, чистокровный фир дарриг, мог провести остаток жизни, не подвергаясь оскорблениям и побоям из-за своего крысиного хвоста.
Уже через несколько дней Данбар не был уверен, что Тасмания именно такое место: здесь даже с коренными жителями-людьми обращались не слишком деликатно. Он оценил здешнюю погоду (в сыром климате Альбиона унаследованная от отца шерсть неприятно топорщилась), и было приятно побыть вдали от всего, что считалось важным в Лондре и Пендрагоне. Но Данбару недоставало его книг, библиотек Пендрагона, всех тех бесчисленных источников, где веками копились знания для подобных ему жадных умов. После телеграммы Джекоба Данбар ощущал эту нехватку особенно остро.
Ольховые эльфы! Даже в Пендрагоне он не знал бы, где искать их давно затерявшиеся следы. Большинство коллег высмеяли бы его, даже если бы он просто попытался это сделать. Это все равно что искать забытых богов: Зевса, Аполлона, Одина или Фрейю… Существовали ли они вообще? Сам Роберт Данбар ответил бы «да, конечно», но он отвык высказывать такие взгляды вслух. Явно больше шансов было раскопать что-то о зеркальных существах. По описанию Джекоба, все выглядело так, как если бы Изамбард Брюнель вбил себе в голову идею создавать людей и объединился для этого с ольховыми эльфами. Очень обнадеживало, что они называли себя Шестнадцатой и Семнадцатым: это могло означать, что до них где-то остались следы пятнадцати других.
В Альбионе какую-то информацию об исчезнувших эльфах Данбар стал бы искать в Тинтагеле и Камелоте. Там было собрано больше всего книг об Артуре Альбионском и связанных с ним легендах. Легенды и сказки были единственным известным Данбару источником, где упоминались ольховые эльфы. Однако любой историк становился посмешищем, защищая точку зрения, что легендарный король Альбиона на самом деле происходил от феи и эльфа. Большинство из них даже не знали, что ольховые эльфы – совершенно особый вид эльфов. Что же до созданных ими зеркальных существ, библиотекарь исторического факультета в Пендрагоне, выглядевший так, словно несколько десятков лет не знал солнечного света, наверняка напомнил бы Данбару о путевых заметках одного писателя. Почти сто лет назад тот увидел на одном поле в Аустрии посеребренных женщин. А еще Данбар исследовал бы с кем-то из сведущих в ботанике коллег растущую неподалеку от старой городской стены ольху с серебряными украшениями разных веков на ветвях. Но… он не в Альбионе, а в Тасмании, и библиотека недавно основанного университета в Парраматте производила крайне жалкое впечатление по сравнению с печатными сокровищами Пендрагона.
Если бы еще не беспокойство в последней телеграмме Джекоба – ему совершенно несвойственное. Отчасти это беспокойство отражалось, видимо, и в лице Данбара, когда он стоял среди полупустых полок университетской библиотеки.
– Могу я спросить, что вы ищете? Похоже, у вас с этим трудности.
Стоявшая перед ним библиотекарша держала в руках огромную стопку книг, прижимая ее подбородком. Седые волосы она забрала наверх, похоже, второпях, однако, несмотря на книги, умудрялась улыбаться, и эту улыбку легко можно было представить на лице двенадцатилетней девчонки.
– Нет, но, признаться, нужную мне информацию было бы нелегко найти даже в библиотеках нашей с вами прежней родины. По вашему акценту я вижу, что вы тоже родом из Альбиона? Роберт Данбар.
Сгрузив книги на стол, она пожала протянутую им руку, нисколько не смутившись, что та покрыта серой шерстью.
– Джоселин Багеналь. И да, я действительно родилась в Альбионе, меня пароход доставил в эту часть света много лет назад. Можно спросить, что же за информацию вы ищете?
– Свидетельства о существах из зеркального стекла, превращенных в серебро людях и животных, а еще… об ольховых эльфах. – Последние слова Данбар прибавил после некоторого колебания. У большинства людей слово «эльф» ассоциировалось с маленькими, едва ли с палец ростом, травяными и песчаными эльфами, а список и так звучал довольно нелепо.
– Вот как. Забытые легенды.
Джоселин Багеналь начала разбирать свою стопку: колониальная политика Альбиона, история народов коори и анангу, рудники в Нью-Камри. Библиотекарша. Или жрица храма книг, как Данбар еще любил называть ее профессию. Мисс Багеналь – он не обнаружил обручального кольца на привычных к книгам пальцах – поставила на полку последний фолиант.
– Фир дарриг?
Она даже правильно произнесла это слово.
– Именно так.
