Ночью дворец Барятинского выглядел еще более фантастически, чем днем. Он хорошо смотрелся бы в стеклянном шаре из тех, в которых, если их потрясти, падает искусственный снег. Водитель царя высадил Джекоба у ворот. Шпиона-гоила нигде видно не было. Битых три часа Владимир Молотов заставлял Джекоба подписывать разные бумаги и повторять памятку по уходу за ковром-самолетом – и не скрывал своего недовольства царским решением доверить столь ценный экспонат сомнительному иностранцу, говорящему с альбионским акцентом. Украсть ковер было бы гораздо интереснее.
Газовые фонари покрывали двор Барятинского пятнами теней драконов и крылатых коней. Впервые со дня их приезда в Москву появилась надежда все-таки отыскать Уилла, но Джекоб вернулся усталым и в плохом настроении. Он станет царю врагом, и потом еще это обещание, столь благородно данное в Шванштайне. Каким же идиотом он тогда был, чертовым идиотом! Что он себе думал?! Что сможет вот так запросто от нее отказаться – благородно и самоотверженно… Разве это на него похоже?
– Джекоб? – Чей-то силуэт выделился из теней у лестницы. По желанию Барятинского лестницы в особняке были сделаны в подражание лестницам в небо на варягских иконах.
Орландо Теннант.
Только этого не хватало.
– Можно тебя на два слова?
О чем? Борзой хочет знать, устраивает ли Джекоба, что Лиска выглядит такой счастливой? Что она не упускает возможности с наслаждением произнести имя другого?
Он уже спал с ней?
– Полагаю, ты слышал о подарке, который приготовили царю гоилы?
Этого Джекоб не ожидал. Борзой пришел вовсе не для того, чтобы поговорить о Лиске.
– Слышать-то слышал, но если ты надеешься узнать от меня, что это…
– Я знаю, что это, – перебил его Орландо. – И должен похитить подарок. Но для этого мне нужно попасть в секретное крыло царской кунсткамеры. Ты ведь был там сегодня, да?
Борзой. Очевидно, недаром у Орландо Теннанта репутация человека еще более чокнутого, чем он сам.
– Я видел только двери. И думать забудь. Там ядовитый лак, стеклянные зубья, ножевая проволока.
В Лискином окне горел свет, и Джекобу хотелось поговорить с Теннантом лишь о том, провела ли она прошлую ночь в его постели. Он чуть было не задал этот вопрос.
– Я умею управляться и с ножевой проволокой, и со стеклянными зубьями, – сказал Борзой. – Но как пройти невредимым в дверь, если на ней ядовитый лак?
– Карлики производят взрывчатку, которая его обезвреживает. Официально они это отрицают, но продадут, если хорошо заплатить.
И Борзой будет не первым, кто лишит себя жизни таким путем. Эта штука опаснее нитроглицерина. Джекоб поймал себя на мысли, что Орландо Теннант на верном пути к тому, чтобы умереть молодым.
– Забудь! – повторил он, как будто предостережением мог искупить удовлетворение, которое испытал от этой мысли.
– Не могу. У меня приказ короля. А как дела у тебя?
– Скоро отправляемся. Получил один заказ от царя. – А это что сейчас было? Он что, хочет покрасоваться перед соперником? Ну хотя бы не солгал.
Теннант поднял глаза на окно Лиски:
– Полагаю, она поедет с тобой? Верная спутница Джекоба Бесшабашного.
В том, как он это спросил, слышался ответ на вопрос, который так и не решился задать Джекоб. У них за спиной привратники препирались с развозчиком вина, желавшим для доставки товара воспользоваться главными воротами вместо служебного входа.
– Я бы к ней и не прикоснулся, не скажи ты сам, что она свободна.
Развозчик вина расшумелся.
– Все так и есть: она свободна.
Теннант посмотрел на Джекоба как на ненормального.
– Я неплохо умею обманывать других, – сказал он, – но с самим собой получается хуже. Похоже, у тебя таких проблем нет. Не уверен, что завидую.
Он перевел взгляд куда-то за спину Джекоба.
Наверху на площадке лестницы стояла Лиска. Увидев Борзого, она улыбнулась. Джекоб, признаться, считал эту улыбку своей собственностью.
– Ханута уже собрался тебя разыскивать, – крикнула она Джекобу.
– У него были веские причины так задержаться, – ответил за него Орландо. – Я только что узнал, что вы отправляетесь на охоту за сокровищами по заказу царя. Может, завтра все-таки позавтракаешь со мной? На площади Вольского есть кафе, где подают блинчики со съедобным золотом.
– Конечно. – Лиска старалась не смотреть на Джекоба.
Упустил. И не важно, что он это сделал, чтобы ее защитить. Черта с два. Они с ней одно целое. Почему такие истины понимаешь, только когда они перестают быть истинами?!
