«Что объяснило бы сканирование. Ему нужно продлить рецепт, в какой-то момент ему придется обратиться к врачу. Врач, который заметил его симптомы и обнаружил, что он не наблюдался регулярно, может захотеть получить исчерпывающие данные, прежде чем корректировать дозировку. North Hollywood Day — это страховая фабрика, но, без сомнения, они принимают много пациентов Medi-Cal, поэтому направление туда имеет смысл».
«Он приходит, чтобы получить ядерную бомбу, попадает в плохую ситуацию с Глендой Усфел, и она выгоняет его».
«И в придачу не тот парень».
«Дамы и господа присяжные, да, мой клиент немного обидчив, но он не только явно сумасшедший, у него еще и железы не в порядке, и он перенес большую букву «С».»
«Телега впереди лошади, Большой Парень».
«Да, да, сначала найди его. Пока кто-нибудь другой не напал на него. Так куда мне идти с этой щитовидкой, Алекс? Позвонить всем эндокринологам в городе?»
«Они вряд ли будут с вами разговаривать, но у широкой публики не будет таких угрызений совести. Пусть Джон Банфорт сядет с Шимоффом и поработает над лучшим сходством. Если Банфорт не сможет дать достаточно подробностей, я постараюсь их заполнить, потому что я хорошо разглядел этого парня. Это, а также шрам, пальто и книга с головоломками могут подправить чью-то память.
Даже если он под землей, ему приходится время от времени выходить на поверхность.
у него есть институциональный бэкграунд, я бы также проверил поликлиники, офисы социального обеспечения, дома престарелых и учреждения послеоперационного ухода около каждого места убийства. Он заплатил за еду монетами, я сомневаюсь, что это проценты с брокерского счета».
«На пособии», — сказал он. «Или попрошайничает. Как Эклс. Черт, может, именно поэтому он и сделал Эклса: они ввязались в конкурентную борьбу, и Ширлинг решил заняться нечестной деловой практикой… ладно, я познакомлю Банфорта и Шимоффа. Это полезно, амиго».
«Еще одно», — сказал я. «Проверьте газетные киоски, посмотрите, не продают ли кто-нибудь книгу-головоломку с вопросительным знаком на обложке. В той, что возле сцены с Витой, ее нет, но есть много других».
«Есть один большой у Голливудского бульвара, недалеко от того места, где Лем Эклс его получил. Кстати, Джерниган вызвал на вскрытие Эклса. Синяк на губе Эклса был от сильного удара или пинка, скорее всего, от удара туфлей с тупым носком. Не настолько сильный, чтобы быть смертельным, но он мог его оглушить. В остальном подробности такие же, как и у остальных. Завтра сын Эклса едет в Лос-Анджелес. Хотите там быть?»
«Не пропустил бы это».
ГЛАВА
28
Лемюэлю Эклсу-младшему, также известному как «Ли», было тридцать восемь лет, у него была крепкая челюсть, мясистые плечи, голубые глаза, которые имели тенденцию блуждать, и длинные светло-каштановые волосы, осветленные до блондина на кончиках.
Типичный стареющий серфер. Этот щеголял маникюром, в костюме в полоску цвета угля за две тысячи долларов, в фиолетовом галстуке Hermès, в нагрудном платке цвета канареечного с фиолетовым.
В его карточке говорилось, что он юрист, специализирующийся на недвижимости.
Майло спросил: «Аренда и ипотека?»
Эклз сказал: «Раньше это было так, а теперь это выселения и конфискации имущества.
По сути, я стервятник». Его улыбка была отработанной и красивой, но ей не хватало выносливости. Мы находились в комнате для интервью меньше минуты. Эклз провел большую часть этого времени, украдкой поглядывая на Петру Коннор.
Легко понять, почему, особенно учитывая конкуренцию. Ее губы увлажнились со вчерашнего дня, глаза были ясными, тон кожи потеплел. На ней была простая золотая цепочка и серьги с бриллиантовой крошкой.
Драпировка ее черного брючного костюма была даже лучше, чем у костюма Ли Эклза.
Первые несколько раз, когда она ловила Экклза, разглядывающего ее, она делала вид, что не замечает. Наконец, она улыбнулась ему и придвинулась ближе.
У нее серьезные отношения с бывшим детективом по имени Эрик Шталь, но приходится использовать то, что есть.
Майло сразу почувствовал симпатию и позволил ей пройти собеседование.
«Ли», — сказала она, словно смакуя это слово, — «нам очень жаль твоего отца».
«Спасибо. Ценю это». Эклс расстегнул пуговицу пиджака. «Думаю, мне не стоит так уж удивляться, потому что он вел, как вы бы сказали, жизнь, полную риска. Но все же…»
«К такому никогда нельзя быть готовым, Ли».
Глаза Экклза немного затуманились. Рядом стояла коробка с салфетками. Петра ее не предложила. Нет смысла подчеркивать уязвимость.
Эклз быстро провел своим карманным платком, потратил время, чтобы сложить его и положить обратно, чтобы четыре угла были видны. «Что именно произошло?»
Петра сказала: «Твоего отца убили, и мы полны решимости поймать негодяя. Все, что ты нам скажешь, окажет большую помощь».