Я грустно улыбнулась, внимательно наблюдая за работой ведьмы. Доверие к ней лишь крепло, смотрела я исключительно из профессионального любопытства, а, без комментариев драконов и сама аэлита вскоре расслабилась. Ее длинные худые пальцы ловко сканировали напряженный воздух вокруг меня, словно перебирали невидимые нити, развязывали узлы. Меня заставляли садится, подниматься, вставать на носочки, наклоняться в бок и в разные стороны. Процесс занял много времени, и я видела, как вздулись вены на шее и лице Эстефании, как лоб ее покрылся испариной, а кожа сделалась бледной. Ей становилось трудно дышать, да и взгляд словно остекленел.
— Вам дурно?
— Осталось немного. Процесс отнимает силы, Анотариэль. Много сил. Работал опытный колдун, но я почти справилась.
Когда умелыми движениями ведьма развязывала невидимые узлы, из меня будто кинжалы вынимали. Тело прошивала острая боль, от которой едва на ногах стояла. Каждый раз драконы кидались на выручку и каждый раз я их останавливала. Это моя расплата за излишнюю доверчивость, за наивность и глупость. Это мой урок и выучить его я должна самостоятельно.
Когда все закончилось, помощь понадобилась Эстефании. Абелард подхватил ее на руки и расположил на диванчике, а Нитаэль довел меня до кресла и дал задание служке, ошивающейся у покоев аэлиты, принести чаю с мятой.
Пока приходила в себя, Нитаэль уже вернул на место колечко Ролдхара и амулет, который я у Дайнары взяла. Заботливый фамильяр.
— Сильная магия в нем, — заметил дракон. — Носи пока, не снимая. Тем более, происходят страшные вещи. Я выяснил, что не так давно в Астории истребили всех Сотхо.
— Не всех, — я кивнула в сторону ведьмы. Бледная, она лежала на диване с закрытыми глазами. — Эстефания рассказала об этом. И, Нитаэль, она мне жизнь спасла. Я случайно поняла, сама! Она знала, что я Борхес и, тем не менее, помогла. А еще рассказала, что колдуны охотятся за артефактом всевластия и у них уже два ключа!
— Что? — прорычал дракон. — Где книга Теней?
— Она отдаст ее госпоже Венере.
— Исключено. Хоть она тебе и помогла, но мы не приведем Сотхо в место силы Борхес. Любезная, — Нитаэль поднялся и подошел к ведьме. — Книжечку отдаем.
— Нитаэль! Нельзя же так! Она едва жива! — пошатываясь, я подошла ближе к фамильяру и попробовала до него достучаться. — Эстефания потеряла всех. И рискуя жизнью, спасла третью часть артефакта!
— Или никакого артефакта у нее нет, и она попросту охотится за книгой Света! Ты готова рискнуть, Василек? Ради нее? Цена ошибки — крах известного тебе мира, дорогая. Взвалишь на свои плечи такую ответственность?
С подобного ракурса я на вопрос не смотрела. Абелард прав, я слишком хорошего мнения о людях. Ведь другая ведьма Сотхо все же наложила на дракона смертельное проклятье. Она же сделала это! Не сомневаюсь, для подобного имелись свои причины, но что, если таковые имеются и у Эстефании? Недавно госпожа Венера сказала, что не люди плохие, а обстоятельства складываются так, что порой им приходится совершать плохие поступки. Иногда даже вопреки собственной природе.
Нет. Нитаэль прав. Я не могу рискнуть всем миром, положившись исключительно на интуицию…
Эстефания открыла глаза, хотя взгляд ее мутный и болезненный, смотрел сквозь нас. Мне неизвестно, как сила Борхес взаимодействует с силой Сотхо, но если Эстефания смогла помочь мне, то и я была обязана отплатить добром. Приложила ладошки к груди ведьмы, призвала силу и прошептала формулу скорейшего восстановления. Силы, конечно, не вернет, но общее состояние существенно улучшит.
Принесли чаю, мы перебрались за стол и обдумывали сложившуюся ситуацию. А мне, ко всему прочему, еще с Абелардом поговорить предстояло. Больше нет нужды носить сердце изумрудного дракона. Сжимала его в ладошке, понимая, что обсудить этот вопрос следует наедине.
— Очевидно, что привести Эстефанию к книге Света мы не можем. Это верх глупости, — резюмировал Нитаэль.
— Подожди. Ты говорила, что артефакты тьмы и света могущественны, но нестабильны, — Абелард поставил чашку в блюдце и обратился к леди Гленде. — Что не знаешь никого, кто смог бы ими управлять, так?
— Все верно, — хрипло ответила она.
— Ты, возможно, и не знаешь. А я — знаю.
Мы перевели взгляды на Нитаэля. Удивительно, что я сама о таком не подумала. Призрачный дракон! Древнейшее и самое сильное создание из ныне живущих! Кто, как не он, сможет обуздать силу тьмы и света?
— Если ты говорила правду и тебе важно уберечь артефакт от колдунов, я не знаю никого, кроме повелителя… — поймав на себе тяжелый взгляд моего фамильяра, Абелард исправился. — Нитаэля, кому это под силу.
— Я укрою часть артефакта в сумеречном мире. В моем мире. Никто из смертных, даже самые сильные колдуны, не сможет добраться до него. Там же я соединю артефакты света и тьмы. Посмотрим, что из этого выйдет. Пойдешь на такое?
Ведьма задумалась на мгновенье и, что-то решив внутри себя, слабо кивнула:
— Думаю, это лучший вариант.
