— Милорд! — простонала я, хватая фамильяра за рукав, но он злился не на шутку.
Резко распахнул двери и без разрешения вошел внутрь. Хватило секунды, чтобы дракон распознал в леди Гленде ведьму Сотхо и кинулся к ней.
— Нитаэль!!!
Если бы не Абелард, успевший прикрыть Эстефанию собой, разъяренный фамильяр схватил бы ее вытянувшимися когтями.
— Отойди! Мне нужна она!
— Кажется, нам всем нужно серьезно поговорить, — процедил сквозь зубы изумрудный дракон.
Я лишь вздохнула и опустилась на диван. Пусть лучше Нитаэль говорит. У него это лучше получается.
Через пару минут мы расселись по разным углам комнаты, наблюдая друг за другом, оценивая, изучая, пытаясь понять реакцию. Точнее, оценивали и изучали все, кроме меня. Мне-то происходящее было очевидно: Нитаэль почувствовал силу Сотхо и, как добропорядочный фамильяр, защитил свою хозяйку. Здесь исключительно моя вина. Прежде, чем снимать проклятье, нужно было его предупредить.
— Это все сущее недоразумение, — попыталась объяснить, но меня, кажется, даже не слушали.
— Начнем с того, кто вы такой, — холодно спросил Абелард, сверкнув изумрудными радужками. Его зрачок давно сузился опасной нитью, являя зверя.
— Кто я такой? — усмехнулся Нитаэль. — Супруг Василька.
Рот открылся сам собой, а брови медленно поползли вверх. Слов не нашлось, но их от меня никто и не ждал. Драконы никого, кроме друг друга, не замечали.
— Да будет вам известно, после прохождения когтя дракона, брачные узы разрушаются. Так что, уважаемый супруг, вы знаете, где дверь.
Никогда не видела на прекрасном лице своего фамильяра такого выражения. Хищного, опасного, яростного. Зверь медленно являл себя, высвечивая радужки перламутрово-белым сиянием, на фоне которого узкая щель черного зрачка казалась порталом в сумеречный мир. Лицо Нитаэля покрывалось перламутровой чешуей, а вокруг мужчины сгущался плотный белый туман.
Ехидная ухмылка с лица Абеларда исчезла, сменившись благоговейным трепетом. Это тоже стало для меня в диковинку. Мы с Эстефанией предусмотрительно молчали и не вмешивались в странное действо, разворачивающееся на наших глазах.
— Но это… Как это возможно? — прошептал Абелард, медленно опускаясь на одно колено и склоняя голову.
— Раз в сто лет и палка стреляет, знаешь ли, — хмыкнул Нитаэль, за один миг возвращая себе человеческий облик. Ни Ролдхар, ни Абелард с такой легкостью не меняли ипостаси. И почему изумрудный дракон склонился перед моим фамильяром?
— Мы думали, вы навсегда нас покинули, повелитель!
Неожиданно икнула. Повелитель?
— Покинул. И не планирую возвращаться. Вы, драконы, меня жутко разочаровали, поэтому отныне я покровительствую ведьмам. Поднимись и сделай вид, что ничего не понял.
— Но разве можно скрывать, что наш повелитель, призрачный дракон восстал? Я должен сообщить об этом Ролдхару!
— Ты должен встать и сделать вид, что ничего не понял, — с нажимом повторил он. — Я — Нитаэль. Супруг Василька. Вопросы?
— Никаких.
Абелард снова сел на диван и в мою сторону больше не смотрел. Вообще. И так мне от этого нехорошо сделалось, что не передать словами! Душно стало в комнате, и кресло перестало быть удобным, и вообще… Одна ложь, вторая, третья… Когда столько лжешь и скрываешь, и сон потерять недолго! Но, если Нитаэль представился супругом, значит, так нужно.
— А теперь обстоятельно докладываем, что вы пытались сделать с моей душечкой?
Перевела на дракона умоляющий взгляд, но он лишь озорно подмигнул и принялся слушать объяснения.
— Я всего лишь хотела снять проклятье, связывающее ее…
— С вами, следует полагать?
Вот теперь Абелард на меня все же посмотрел. А я посмотрела на свои ладони. Маленькие такие. Бледные ладони, с аккуратно постриженными ноготками.
— Замечательно! Тогда приступайте. На этот раз я чинить препятствия не стану.
Эстефания прокашлялась и поерзала на месте. Очевидно, присутствие на этот раз двух надзирателей, ее смущало и нервировало. Можно понять! Любое ведовство требует спокойствия и концентрации. Как же тут успокоишься, когда от тебя только и ждут малейшего промаха.
— Вы позволите нам остаться вдвоем? — попросила негромко.
— Нет, — ответили хором.
— И все же…
— Нет!
— Абелард. Вы помните, что я говорила про любовь. Тот, кто любит…
— Манипуляторша! — мужчина закатил глаза и пошел на уступки: — Мы отойдем. Если милорд Нитаэль? — мой фамильяр кивнул. — Если милорд Нитаэль согласится, разумеется.
— Нитаэль, пожалуйста! Ты же знаешь, как это важно для меня.
— Да не трону я ее! — пообещала ведьма, когда в ее сторону метнулось два тяжелых взгляда.
Наконец, мужчины нехотя отошли в противоположную сторону гостиной, давая нам с Эстефанией немного свободного пространства.
— С ними всегда так тяжело? — поинтересовалась она, начиная ритуал заново.
— К сожалению. Но они заботятся обо мне. Как умеют и как понимают.
