– Уходя в море, помни белое платье на берегу, в холодной глубине грейся сердцем, в зелёной тишине шепчи женское имя – и вернёшься, – напутствовал старец Беляев.
Очертания растворились, исчезли – и Море явило знамение. Далеко, за неисчислимыми кубометрами размокшего серого воздуха, показалось белое пятнышко. Маленькое, неподвижное, похожее на парусник.
Князев долго смотрел на него, потом побрёл вдоль берега. У подножия угольной кучи Черепанов беседовал с пожилым крановщиком в кепке.
– Ну как, записал интервью? – крикнул Черепанов.
– Записал, – ответил Князев. – Видите пятнышко на горизонте? Вроде корабль?
– Корабль, – подтвердил крановщик. – Я его вчера в бинокль рассматривал. Парусник. Какие-нибудь путешественники. Они пришвартоваться хотели, но кто ж им даст, у нас же стратегический объект. Хотите? – он протянул бинокль.
Взгляд Редьярда скользнул по странно близкой воде, по отчётливой зыби, споткнулся о чёрную корягу с комком водорослей, метнулся дальше – и упёрся в высокий борт, тёмные выпуклости иллюминаторов, полоски клёпаной стали и вросшие в дерево буквы из тусклой меди: «Лиспет».
Проводив гостей, крановщик поднялся в кабину, сел на продавленное сиденье и с удовольствием посмотрел на приклеенную к стене вырезку. Это был рассказ о нём, опубликованный когда-то в газете. В заметке хорошо и правдиво сообщалось о том, что крановщик Нефёдов добился больших профессиональных успехов, пользуется уважением коллег и щедро делится опытом.
Он плеснул из термоса чай и, грея о чашку руки, смотрел вслед тепловозу.
– Журналисты, – хмыкнул он. – Писаки!
39.
Объявление, доставленное старым почтальоном, рассердило редактора, потому что он ничего в нём не понял. Он отодвинул неприятную бумагу подальше и придвинул к себе приглашение, присланное по факсу: этажом ниже менеджеры проводили тренинг и звали на него Сашу.
Получив задание, девушка расстроилась. Она работала над текстом о краеведческом музее и не хотела отрываться от того настоящего, которое было, ради того ненастоящего, чьё существование – иллюзия.
– Запишите отзывы и мнения, – сказал Бердин. – И получится…
– …хороший живой материал, – уныло кивнула Саша.
В большом конференц-зале этажом ниже было оживлённо и массово, в каждом углу стоял стол и доска на треноге. Вилкин вцепился в локоть журналистки.
– Вы вовремя! – выдохнул он с радостной озабоченностью. – У нас важное событие, к нам приехали тренеры, чтобы сделать наших опытных экспертов ещё опытнее. За каждым столом происходит проверка профессиональных качеств…
Саша, борясь с желанием бросить диктофон и дать дёру, подошла к ближайшей группе. Девушка в пиджаке что-то поясняла менеджерам, облепившим стол.
– Итак, – сказала она, поднося к доске фломастер. – Что необходимо для оптимизации?
– Опыт, – сказал кто-то.
– А ещё?
– Командный дух! Компетентность! Оперативный анализ! – выкрикивали менеджеры.
– Отлично, – кивала девушка, записывая большими печатными буквами. – Теперь скажите, что нам может помешать?
– Некомандный дух! Некомпетентность! Неоперативный анализ!
– Молодцы! – похвалила консультант и положила на стол стопку бумажных звёздочек. – Это заработанные вами баллы. Возьмите, в конце работы по секциям посмотрим, какой стол заработал больше.
Саша перешла к другому столу. Там шла деловая игра. Менеджеры стояли в шеренгу и следовали подсказкам ведущей.
– А кто у нас сегодня утром не брился? – медленно спросила девушка. – Ну-ка, погладим свои щёчки… – она изобразила и все повторили. – А кто сегодня не выспался? А ну-ка, потрём глазки… А кто пьёт слишком много кофе? Ну-ка, послушаем сердечко… – она приложила руку к груди, все дружно сделали то же самое.
– А кто лучше всех умеет радоваться пятнице? – лукаво поинтересовалась ведущая. – Ну-ка, ну-ка… – лёгким движением рук она пригласила к импровизации. Менеджеры стали прыгать, хохотать и обниматься.
– А кто больше всех не любит понедельник? – менеджеры начали хвататься за головы, топать ногами, недовольно гудеть и мычать.
– А как мы получаем премию? Ну-ка, ну-ка… где наши ручки…
Все вытянули влажные розовые ладони и широко раскрыли глаза.
– А теперь, – прищурилась девушка, – я посчитаю до трёх, и наступит конец рабочего дня.
Менеджеры впились в неё блестящими глазами. Некоторые возбуждённо подпрыгивали.
– Раз… два… три!!!
Повизгивая от восторга и толкаясь, эксперты бросились врассыпную, но, символически пробежав пару метров, остановились и вернулись. Все были радостно взволнованы, на раскрасневшихся лицах читалось удовольствие.
– Неформатное общение сближает сотрудников, – шепнул Вилкин оторопевшей Саше и снова растворился в воздухе.
– Давайте оценим уровень эффективности, – говорила третья девушка-консультант. – Итак, мы имеем десять процентов. Какой показатель лучше?
– Пятьдесят! – звонко воскликнул юный румяный менеджер.
Все засмеялись.
– Да ты, Вася, трудоголик, – сказала полная женщина. – Пятьдесят – это нереально, давайте пока запишем двадцать три.
– Та-а-ак, – девушка записала. – А теперь поговорим, как достичь этого показателя.
Настала пауза, все напряжённо задумались.
