Николай всё оглядывался. Он стал узнавать детали – точно из таких же, только ненастоящих, собраны самолёты в его коллекции.
– А куда полетите, в какую сторону?
– На север полечу, – сказал инженер. – В море есть земля. Километрах в десяти. Наверное, остров.
Николай вернулся домой совершенно потерянным. За окном было темно и свежо, фонари не разгоняли тьму, но тонули в ней с шипением, оставляя в воздухе нерезкие масляные пятна. Львов оделся потеплее, распахнул окна и долго сидел перед своими самолётиками, которые никуда не могли его унести.
Когда закончилась водка, он ещё постоял на балконе, а потом лёг, не раздеваясь, и, сдерживая головокружение, почувствовал, как с какой бешеной скоростью летит его сознание – над масляными пятнами фонарей, над деревянными домами, над ржавыми механизмами, выстилающими безлюдное побережье.
46.
Пиджаки шли волнами, кислой накипью плескались воротнички и манжеты. Специалисты по большой и малой трансформации, консультанты по переносу отчётов с одного края стола на другой – все бегали и сталкивались, пожимали руки и утомлённо падали в обморок.
Время от времени распахивалась какая-нибудь дверь, из неё с воплем вылетал пиджак, объятый пламенем, и штопором ввинчивался в кабинет напротив. И все уважительно понимали: не жалеет себя, горит на работе, с планёрки сигает на летучку.
– Уровень совещаний упал, денег хватило только на раздувание щек, – говорил один менеджер другому. – Конечно, приедут не начальники, а их заместители, но ведь и этих людей надо поить…
Увидев Ивана Афанасьевича, они раздались в стороны – и за его спиной вновь сомкнулись, беззвучно и плавно, как ряска на чёрной воде. Откуда-то сбоку высунулся Вилкин, подозвал их жестом и протянул стопку бумаг:
– Коллеги, журналисты прислали текст на согласование, по-моему, он сырой, надо доработать, прошу заняться, – и втянулся обратно.
Менеджеры прикоснулись к тексту длинными тонкими пальцами.
– Ну, это как-то не по-русски, – отметил первый.
– Что-то как-то криво написано, – подчеркнул второй.
– Надо полностью переделывать, – резюмировал первый.
– Могли бы и шрифтами поиграть, – заявил второй.
На одной из распахнутых дверей висела табличка «Пресс-конференция». Уборщик осторожно заглянул. В зале, уставленном стульями, сидел растерянный Николай Львов, а перед ним за длинным столом – десяток важных пиджаков.
– Мы собрались, чтобы отметить знаменательное событие: наша фирма получила диплом городской администрации как лидер рынка, флагман отрасли и передовик ниши, – звонко прокричал самый юный из пиджаков, и все его соседи закивали и зашевелили рукавами. – А теперь, пожалуйста, коллеги, ваши вопросы!
Николай ещё раз оглянулся: он был один.
– Кто первый? – спросил пиджак, осматривая пустой зал. – Не забывайте представляться и сразу уточняйте, кому именно адресован ваш вопрос.
Парень посмотрел на дверь, и старика поразило выражение его глаз. Тоска в них была звенящая, как самый ясный день осени, серебристая, как души, летящие по небу, грузная, как большая речная рыба в тёмной глубине.
Непостижимым образом дверь вздрогнула и резко захлопнулась. Иван Афанасьевич вздохнул и пошёл дальше, неся ведро и тряпку в свою каморку. Она была узка и скудна наполнением: стул да крючок, да полки для разноцветных жидкостей, едких и ароматных. Ни один пиджак не посмел бы сюда сунуться.
За стенкой послышались голоса. Там находилась комната для повышения мотивации и наращивания компетенции. Старик забрался на стул, сдвинул календарь и воззрился в тайное отверстие.
На стуле посреди комнаты сидел, сгорбившись, рабочий человек в мятом картузе, по суровому лицу бегали желваки, напрягая жёсткую кожу. Трудовые его руки, большие и мозолистые, лежали на коленях.
Перед ним стояли три менеджера с блокнотами и карандашами.
– Вы должны кое-что понять, – сказал один из них. – Предприятие, на котором вы трудитесь, является стратегическим. Для успешной работы каждый должен ведать и разделять его цели, радуясь им и проникаясь.
– Повторяй за мной, – настойчиво сказал другой менеджер. – Мы – единая команда…
Рабочий скривился и посмотрел с ненавистью.
– Слишком рано, он ещё не готов! – укоризненно бросил первый пиджак второму, снова повернулся к рабочему и грустно улыбнулся. – Возможно, вы занимаете не своё место? Вы любите свою работу?
– Люблю! – с ненавистью выкрикнул пленник.
– Наш бизнес-тренер Олеся провела тест, – сообщил менеджер. – Знаете, какой результат? Вы с вашей бригадой несовместимы!
– Да ладно! – захохотал пленник. – Мы с мужиками двадцать лет вместе пашем. Мы ж все как облупленные и вывернутые! И праздники вместе, и печали!
– Это потому, что вы не задумывались, как сделать ваши отношения более эффективными, – пояснил менеджер. – Вы находитесь в преступной эмоциональной зависимости. Но мы вам поможем. Вы должны не дружить, а сотрудничать, если разделяете цели…
Третий пиджак, доселе молчавший, приблизился.
– Вас видели, – заявил он, ухмыляясь. – Вчера после обеда вы подняли с земли несколько птичьих перьев. Зачем вы это делали?
Рабочий помолчал немного.
