Увидев булавку, она всхлипнула и распахнула халат. Она задрала край кремовой пижамы, которая была под ней, и показала ему свое тело ниже левой груди – белую плоть, пересеченную крест-накрест тонкими красными линиями, усеянную крошечными красными точками, там, где ее поцарапала булавка.
– Чтобы не спать… ходила… пока вы не пришли… Она сказала, вы придете… так долго…
Она пошатнулась.
Спейд обхватил ее покрепче и сказал:
– Ходим.
Она дернулась, вырываясь, извернулась в его объятьях, чтобы оказаться к нему лицом.
– Нет… сказать вам… спать… спасти ее.
– Бриджит? – требовательно спросил он.
– Да… ее забрали… Бер… Берлингейм… двадцать шесть Анчо… скорее… слишком поздно. – Она уронила голову на плечо.
Спейд грубо приподнял ее голову.
– Кто забрал ее? Твой отец?
– Да… Уилмер… Кейро. – Она сморщилась, веки ее дрогнули, но не разжались, – …убить ее. – Ее голова снова безвольно поникла, и опять он поднял ее за подбородок.
– Кто застрелил Якоби?
Похоже, она не услышала вопрос. Она изо всех сил попыталась удержать голову прямо, открыть глаза.
– Иди… она…
Он грубо встряхнул ее.
– Не спи, пока не придет доктор.
Страх распахнул ее глаза и на миг согнал пелену.
– Нет, нет, – сдавленно крикнула она, – отец… меня убьет… поклянись, что не станешь… он узнает… я сделала… не надо… я посплю… утром… в порядке…
Он снова встряхнул ее.
– Ты уверена, что до утра эта штука выветрится?
– Д-да. – Голова ее снова опустилась.
– Где твоя кровать?
Она попыталась поднять руку, но это усилие оказалось для нее чрезмерным, и палец смог указать только на покрытый ковром пол.
Словно усталое дитя, она позволила всему телу расслабиться и обмякнуть. Спейд подхватил ее под мышки – поднял на руки, как только она начала оседать – и, легко прижимая к груди, понес к ближайшей из трех дверей. Он нажал ручку, чтобы высвободился язычок, толкнул дверь ногой и вошел в коридор, ведущий мимо открытой ванной комнаты в спальню. Заглянув в ванную, он увидел, что там пусто, и пронес девушку в комнату. Там тоже никого не было. Одежда, которая была на виду, и вещи на комоде говорили, что здесь обитает мужчина.
Спейд вынес девушку обратно в гостиную с зеленым ковром и толкнулся в дверь напротив. Снова через коридор с дверью в ванную – снова пустую – он прошел в спальню, которая на этот раз по всем признакам была женской. Он откинул одеяло и положил девушку на кровать, снял с нее тапочки, чуть приподняв ее, помог соскользнуть желтому халату, поправил подушку под ее головой и укрыл ее одеялом.
Затем распахнул оба окна в спальне и, повернувшись к ним спиной, стоял и смотрел на спящую. Дышала она тяжело, но спокойно. Он нахмурился и огляделся, поджав губы. В комнату вползали сумерки. Минут пять он простоял в этом угасающем свете, затем наконец нетерпеливо повел покатыми широкими плечами и вышел, оставив входную дверь номера незапертой.
Спейд вошел в контору Тихоокеанской телефонно-телеграфной компании на Пауэлл-стрит и вызвал Давенпорт 20–20.
– Больницу неотложной помощи, пожалуйста… Алло, в номере двенадцать «Си» гостиницы «Александрия» девушку накачали наркотиками… Да, вам лучше прислать кого-нибудь ее осмотреть… Говорит мистер Хупер, постоялец гостиницы.
Он положил трубку на рычаг и засмеялся. Вызвав другой номер, он сказал:
– Привет, Фрэнк. Это Сэм Спейд… Можешь прислать мне машину с водителем, который умеет держать рот на замке?.. Мне срочно нужно на полуостров… Пару часов всего… Хорошо. Скажи ему, чтобы подобрал меня в гриле «У Джона» на Эллис-стрит, как можно скорее.
Он позвонил еще по одному номеру – к себе в агентство – совсем недолго подержал трубку возле уха, не сказав ни слова, и положил на рычаг.
В гриль-баре «У Джона» он попросил официанта побыстрее принести ему отбивные, печеный картофель и салат из помидоров, торопливо все это съел, и уже курил сигарету за чашкой кофе, когда плотный моложавый мужчина с грубоватым жизнерадостным лицом, в клетчатой кепке, косо надвинутой на белесые глаза, вошел в гриль-бар и направился прямиком к его столику.
– Все в ажуре, мистер Спейд, бак полон, тачка наготове.
– Здорово. – Спейд одним глотком опустошил чашку и вышел вместе с крепышом. – Знаете, есть в Берлингейме Анчо-стрит, роуд, авеню, или что-то подобное?
– Не-а, но если она там, то мы ее отыщем.
– Тогда поехали искать, – сказал Спейд, садясь рядом с шофером в темный седан «Кадиллак». – Нам нужен дом номер двадцать шесть – и чем скорее, тем лучше, но у парадной двери мы останавливаться не станем.
– Заметано.
Они молча проехали с полдесятка кварталов. Шофер сказал:
– Слыхал, вашего напарника убили, мистер Спейд?
– Угу.
Шофер хмыкнул.
– Да, работенка у вас жесткая. Лучше уж баранку крутить, как я.
– Ну, наемные водители тоже не живут вечно.
– Может, это и так, – согласился крепыш, – но все равно я сильно удивлюсь, если не проживу вечно.
Спейд смотрел вперед невидящими глазами и, пока шоферу не надоело поддерживать разговор, отвечал безразличными «да» и «нет».
