— Бабушка просила передать тебе, но только на ухо, — сказала она, уставившись маленькими, как черные бусинки глазами на молодого курсанта.
Золотарев наклонился, и девочка, приблизившись, прошептала ему в самое ухо.
— Бабушка просила передать — слушай свое сердце, оно не обманет. Когда появится Ангел, сердце подскажет тебе, — с этими словами девочка развернулась и, размахивая руками, побежала в сторону цыганок, которые оживленно и громко спорили на площади около вокзала.
«Странные они какие-то, говорят, сами не понимают о чем», — подумал Золотарев и поспешил на поезд.
Потом, спустя много лет, он часто рассказывал жене про эту странную встречу, и Наташа всегда качая головой, говорила:
— Я им верю, Володя, значит, Ангел Хранитель у нас действительно есть, он в нашем сердце, в нашей душе, и пока мы верим в него, с нами никогда ничего не случится.
Когда муж уезжал в опасные командировки, Наташа тихонько садилась на кухне в уголок и, закрыв глаза руками, просила: «Ангел Хранитель помоги ему, отведи от него смерть и опасность, верни его нам, потому что мы любим его, потому что мы ждем его. Он нужен нам, как и мы нужны ему».
Золотарев возвращался в город. Уже подъезжая к дому, подумал:
— А может и хорошо, что он убежал? Нет собаки, нет беды. Так ведь старуха говорила. Может и ему лучше так будет? А, то приют, клетка. Вот, только что домашним сказать? Придется правду, только правду, так будет честно.
Оттягивая время разговора, он пешком по лестнице поднялся на девятый этаж, и тихонько, чтобы не разбудить домочадцев бесшумно открыл дверь.
Наташа и Юрка стояли в прихожей, и глаза их были полны надежды и тревоги.
— Катька спит? — Спросил Золотарев, снимая обувь, и делая вид, что от него не ждут никаких объяснений.
— Да, давно, мама уже ушла. Что с собакой Володя? — Ответила жена, явно проявляя обеспокоенность.
— Ну, значит так, — ответил Золотарев, явно понимая, что разговора ему не избежать, — сбежал ваш пес. Ума не приложу, как он открыл окно, но сбежал. Как будто, и не было его, и полковник ничего толком не сказал. Так одни намеки и воспоминания. Сказал только, что засекречено все, что хозяин его погиб три месяца назад при задержании, а документы исчезли, и официально этот пес погиб вместе с офицером. Больше ничего не сказал.
— Папа, — закричал Юрка, едва сдерживая слезы, — давай найдем его, пожалуйста. Я тебя очень прошу. Не надо мне ни велосипеда, ни фотоаппарата, я хочу, чтобы ты его нашел.
Золотарев посмотрел на рыдающего Юрку, перевел взгляд на жену и в этот момент он понял самое главное. Он понял все. Это была его семья. Это были самые дорогие для него люди в жизни. И они ждали чуда. Они ждали от него поступка. Майор Золотарёв принял решение. Решение, которое подсказывало ему его сердце, которого от него ждали любимые люди.
— Юрка, ты остаешься с Катькой. Наташа одевайся, я жду тебя в машине.
Золотарев сидел в машине и нервно стучал ладонями по своим коленям. Наташа села с ним рядом, и захлопнув дверь, сказала:
— Что будем делать, товарищ майор?
— Что делать, что делать? — Задумчиво произнес Золотарев. — Ума не приложу, где его можно искать. Куда он мог пойти?
— А ты сердце слушай Володя. Поставь себя на его место и думай сердцем. Оно подскажет, — ласково сказала Наташа и положила голову мужу на плечо.
— Так, — сосредотачиваясь на ходе своих мыслей, сказал Золотарев, — собака умная, опытная и хорошо обученная. Мыслит и действует, как человек. Смотри, как щеколду открыл. Запросто, даже окно не разбилось. Далее. Погибший офицер, хозяин, который возможно, воспитывал его со щенячьего возраста, вероятно, тоска по хозяину может гнать его к нему, как в том фильме помнишь? — Сказал он и с надеждой посмотрел на жену.
— Дальше, Володя, дальше, молодец, соображай, — ответила Наташа.
— Чтобы сделал я на его месте? — Продолжая вслух рассуждать, задумчиво произнес Золотарев.
— Собаки очень привязываются к своим хозяевам, жизнь без них перестает иметь для собаки всякий смысл. Что бы сделал я? Сердцем, говоришь? Наташа, я любым способом нашел бы, где он похоронен, пришел бы туда и умер прямо на его могиле. Наташа, он на кладбище!
Через час закрытые ворота городского кладбища, осветил свет фар. Старый сторож Иван Митрофанович поднялся с кровати, вышел из сторожки и, не открывая ворот, спросил:
— Чего нужно в такой поздний час, добрые люди? Для начала документ бы, какой посмотреть, а, то сами понимаете, время нынче тревожное.
Золотарев достал служебное удостоверение и протянул руку в створку ворот.
— Я командир десантно-штурмового батальона гвардии-майор Золотарев Владимир Владимирович. Читай отец, читай, — сказал человек из темноты и уже более тихим и просящим голосом добавил, — это моя жена Наташа нам тут найти кое-кого надо, батя, очень надо.
Иван Митрофанович включил фонарик, медленно и вдумчиво изучил все, что написано в предъявленном документе. Щелкнул замок, ворота со скрипом открылись. Сторож выключил фонарик, и спокойным голосом сказал:
