- Киа, пожалуйста, успокойся. Ты сегодня много пережил, пойдем, я отведу тебя, ты отдохнешь.
- В сером мире отдохну! - он уже кричал, перестав контролировать себя. – Чего ты так трясешься надо мной? Хочешь трахнуть? Ты спас мне жизнь, я должен тебе свою, могу пока расплатиться задницей. Извини, я не столь хорош, как прежде! Но если это устроит … – он яростно принялся сдирать с себя одежду. Но Иррейн воспользовался этой паузой и молниеносно скрутил руки Киано. Прижал к себе спиной, не давая вырваться.
- Тихо, успокойся. Пожалуйста. Я прошу тебя. Ну? Тихо, тихо. Киа, ты действительно устал, сядь. Послушай меня, пожалуйста, хоть две минуты, хорошо? Просто послушай. Я прошу тебя. Ну, - Иррейн усадил успокоившегося Киано в кресло, накинул плащ, прикрывая костлявые плечи в прорехе разорванной рубахи. – Просто немного послушай.
Говори уже! – потребовал Киано.
- Для тебя не секрет, ни тогда, ни сейчас, то, какие чувства я испытываю к тебе. И я не могу сказать, чтобы я был счастлив от этого. Я не просил хозяев вернуть меня сюда. Меня фактически выгнали из серого мира, так я тосковал. Я не знаю, что ты сделал, и почему так распорядилась жизнь, но я не могу без тебя, просто не могу. И я чувствую тебя, твои настроения и желания, помнишь, я всегда успеваю на твои приступы. Я настроен на тебя. Понимаешь, мне плохо, но я не имею никакого права навязываться тебе. Ты сам волен в своих чувствах и делах. Это проклятие оно полностью висит на мне. И когда я там спасал жизнь тебе, я спасал и себя, так что не за что отдавать долг. Я предпочел бы быть мертвым, но не чувствовать такой боли. Это страшно, Киа. Но мне нечем было дышать по пути в темные земли. Я хочу попросить у тебя и мало, и много. Я прошу не думать, что мне нужно лишь твое тело. Кстати, ты прекрасен, чтобы ты ни говорил. Никто не сравнится с тобой. Я никогда даже не коснусь тебя против твоей воли. Просто я прошу – позволь быть с тобой рядом. Всегда. Я буду думать, как разорвать эту нить, чтобы не висеть на тебе камнем. Я буду охранять.
- От кого?- Киано словно проснулся, резко вскинул голову.
- Ну, мало ли. Я очень боюсь за тебя. Я живу только тобой, у меня нет собственной феа. Я не знаю, за что так боги наказали меня. Может, я искупаю вину предыдущего рождения, хоть и не помню его?
У Киано было растерянное лицо. Он ожидал услышать разное – страстное признание, обвинения, но не такое. Вот значит как – они с Иррейном оба пешки в чьей-то игре? Хорошо, пусть будет так. Но на большее эльф пусть даже не рассчитывает.
- Хорошо, - тихо проговорил он, – давай попробуем. Но со мной тяжело, ты же видишь, - он слабо улыбнулся, - я выматываю всех. Мне лучше быть одному, но давай попробуем вместе.
Иррейн никогда не думал, что может плакать, но когда ладонь Киано коснулась его руки, почувствовал, как что-то горячее и соленое ползет по щеке.
Он тихонько сжал маленькую ладонь и прошептал, справляясь с неожиданными спазмами в горле:
- Поехали. Нас ждут.
4 часть ГРАНИЦА
Глава 1
Ровно через неделю после выезда из Аркенара Киано с Иррейном прибыли в Волчий Лес. Зима только-только началась, и Иррейн, никогда не видевший Волчьего Леса зимой, был поражен его красотой. На огромных соснах и елях, протыкающих вершинами облака, лежали снеговые шапки, и стоило задеть хоть одну ветку, как на всадника обрушивался целый сугроб пушистого снега.
Киано ехал молча, красоты Леса совершенно его не трогали, ежась под меховым плащом, он вспоминал последний день в Аркенаре.
