Река теней полностью

— Фелтруп верит, что совершает что-то жизненно важное — во сне. Ты знаешь, что раньше ему снились ужасные кошмары, от которых он просыпался, визжа и дрожа? Что ж, они прекратились, спасибо Рин. Но у него есть идея, что это вообще были не обычные сны. Он думает, что их посылал Арунис.

— Что? — спросил Фулбрич, дотрагиваясь до ее локтя. — Твой друг-крыса думает, что чародей нападал на него через сны?

— Подозревает, — сказала Таша, — хотя он никогда не мог вспомнить никаких подробностей. Когда ему снились кошмары, он был так напуган, что вообще перестал спать — целую вечность. Я думаю, это чуть не убило его. А теперь он просто одержим. Он читает о сне, сновидениях и трансах в Полилексе — ты знаешь, мой конкретный экземпляр...

— Правильно, — быстро сказала Марила, когда Фулбрич поднял глаза с внезапным интересом.

Она чокнутая! подумал Нипс. Она практически только что сказала этому скользкому чуваку, что у нее есть тринадцатое издание! Почему Герцил не положит этому конец?

— Он хотел место, где можно было бы спать днем, — продолжила Таша. — Он попросил темное гнездышко, и я его предоставила — нашла старую шляпную коробку, выложила ее шарфами, поставила открытой стороной к задней стенке шкафа. Затем я повесила занавеску на дверь шкафа, чтобы свет не просачивался внутрь. Поскольку там все еще висят отцовские мундиры и платья Сирарис, я думаю, здесь примерно так же темно и тихо, как и в любом другом месте на корабле.

— Он уходит в это гнездо на несколько часов, — сказал Болуту, — и, когда выходит, кажется странным и озабоченным, но он никогда не говорит нам, почему.

— Мне это совсем не нравится, — сказал Нипс.

— Как и мне, — сказал Герцил, — но я привык доверять интуиции этой крысы почти так же сильно, как своей собственной. Он часто чувствует гораздо больше, чем понимает. Но нам пора, друзья мои. Время подходит к концу, а до средней рубки еще долго идти.

— Спасибо вам всем, — сказал Нипс. — Вы первоклассные, серьезно.

Таша вышла вперед, ее глаза сияли, и взяла его руку в обе свои.

— Мы скучаем по вам, — сказала она.

— Да, — сказал Нипс, оглядываясь вокруг, как будто ища кого-то, кого там не было.

— Мы, конечно, пойдем с вами, — сказала она, затем неловко добавила: — Грейсан останется здесь.

Тяжелое молчание. Марила повернулась, чтобы посмотреть на симджанина.

— Один? — спросила она.

— Да, один, — немного резко ответила Таша. — Почему бы ему не остаться одному?

Нипс сделал глубокий вдох и задержал его. Потому что безумие, вот почему. Потому что ты не в своем уме, если позволишь ему рыться в большой каюте. Здесь магический Полилекс, секретный дневник мистера Фиффенгурта и письма, которые он писал своему нерожденному ребенку. Были также записные книжки Болуту и Таши, и даже несколько записей, сделанных Пазелом на обороте старого дневника.

— Мы вернемся сами, — внезапно сказала Марила. — Вы все можете остаться здесь.

Нипс быстро согласился: Марила как будто прочитала его мысли. Остальные запротестовали, но он и Марила стояли твердо. Поспешно попрощавшись со своими друзьями, они выбежали из большой каюты.

То, что произошло дальше, потрясло их обоих. Сразу за красной линией, очерчивавшей невидимую стену, они обнаружили Роуза, который ждал, ужасно напряженный, теребя пальцами что-то в кармане.

— Что вас задержало? — рявкнул он. — Идемте, быстро!

— Мы должны возвращаться, капитан, — сказал Нипс. — Я уже чувствую, как начинается боль.

— Побереги дыхание, — сказал Роуз. — Идемте со мной, это приказ.

Он бросился через верхнюю орудийную палубу, не оглядываясь, уверенный, что ему повинуются. Нипс и Марила стояли как вкопанные.

— Он идет в правильном направлении, — сказал наконец Нипс. — Мы можем начать следовать за ним и вырваться на верхнюю палубу, если произойдет что-то странное.

— Уже, — сказала Марила.

Тем не менее они последовали за капитаном, когда он пронесся мимо пораженных плотников и бригады по ремонту орудий, обогнул грузовой люк и оказался в боковом проходе по правому борту.

— Он все еще целится в среднюю рубку, — прошептал Нипс. — На самом деле, таким образом мы, вероятно, доберемся туда раньше. Никаких толп, которые могли бы нас замедлить. Но не повредит ли ему...

Внезапно Роуз остановился как вкопанный. Нипс и Марила резко затормозили позади него и вскрикнули от изумления. Прямо впереди другой проход пересекался с их, и в его центре стояла огромная рыжая кошка. Она на мгновение присела, испуганная их голосами, а затем, дернув змеевидным хвостом, исчезла в правом проходе.

— Это Снирага! — сказал Нипс. — Она пережила треклятых крыс! Как она справилась, где она была?

— Ничто не может убить это животное, — сказал Роуз. — Она никогда не уйдет, никогда не перестанет мучить меня, пока я не отвечу за ее раны.