Лошадь несла меня вдоль гряды гор к выходу из ущелья, а я в поплывшем сознании думала, как вытащить стрелы — с силой дёрнуть или отломить наконечник. Лишь осознав, что смелости ни на то ни на другое мне не хватит, я вспомнила, что всё оружие соткано из песка. Я приложила руку к плечу, сосредоточилась, и древко рассыпалось мелкой крошкой, потом сделала то же самое на боку. Только вот кровь полилась сильнее, напитывая ткань, срываясь крупными каплями на землю. Я застонала от оглушающей физической боли.
Я уже не видела, куда бредёт лошадь, как мелькают мимо тени деревьев. В какой-то момент моё обессиленное тело свалилось на землю. Кажется, лошадь ещё некоторое время стояла рядом, а потом убежала. Я пыталась ползти, теряла сознание и снова приходила в себя.
Я думала о том, что умру в этом мире. Может ли быть у оборотней по две жизни — по одной на каждый мир? Наверняка нет. Интересно, в каком из миров погибали мои тётушки? Может, тоже в эпической битве? Уж они-то наверняка не сбегали с поля боя.
Боль внезапно прекратилась. Раны исчезли, песок не колол пальцы, пропал резкий, грунтовый запах. Вопросов не осталось. Я понимала: они услышали. Я перешла за ними в Страну Теней.
Три мои тётушки, Кёко, Саки и Рэйко, прекрасные, тонкие, бледные, в нарядных кимоно — первая с цветками сакуры, вторая с цветками сливы и третья с цветками дикой яблони, — встречали меня на берегу ручья. На мне тоже оказалось кимоно, и я уже не чувствовала, как много крови потеряла.
Тётушки вели меня за руки, а цветки на сорванных ветках превращались в плоды, сначала зелёные, потом созревающие.
— Отведаешь вишни, сливы, яблок? — спросила старшая, Кёко.
— Спасибо, не хочу, тётушка, — ответила я, глядя, как плоды уже начинают гнить.
— Отведаешь плети? — спросила средняя, Саки, и замахнулась на меня веточкой.
— Спасибо, не хочу, тётушка, — повторила я.
— Отведаешь правды? — спросила младшая, Рэйко, и её глаза стали совершенно белыми. Она схватила меня за руку, и я увидела первозданный Хаос: как вышли из него боги и создали новых богов, как появилась матерь всех, Аматэрасу-о-миками, как строила Порядок с другими богами и как нарушала его. И был этот цикл бесконечен.
— Есть другой выход, — сказала мне богиня, и голос был музыкой Вселенной, что слышала я прежде.
Ничего не понимая и не успев ничего спросить, я упала на колени. Снова появилась Рэйко.
— Тебе ещё рано, малышка. Я сказала Кае то, что мне сказала великая матерь: у тебя есть предназначение. Не смей умирать, пока не исполнишь его!
Но я не чувствовала в себе больше никаких сил. Я была по ту сторону — с Тенями в третьем мире. И дорога назад для меня была закрыта.
Как сильно я ошибалась! Меня ждало мучительное пробуждение. Плечо и бок болели так, будто их проткнули раскалённой кочергой. Осматривая раны, я простонала. Вокруг запеклась чёрная бугристая корка. Получается, я провалялась в беспамятстве на Равнине Высокого Неба несколько дней, но не умерла. Что ж, придётся как-то барахтаться дальше.
Я лежала на берегу реки, замёрзшая, на осеннем ветру. С Коити мы договорились о том, где встретимся, лишь примерно. Я знала, что мой волк ему не навредит — почти наверняка, но всё же решила перестраховаться. Он должен был скакать вперёд со всеми вещами так быстро, как только мог, я же шла по его запаху. Лишь в одном месте след терялся. Там волк и остановился.
Я не понимала, что произошло. Если бы Коити нашёл рыбацкую деревню или других людей, он бы дождался меня. На какой-то миг в голову закрались сомнения. Он не был рад, что Сяо забрала Ван Гуана. Мог ли он сбежать от меня? Отправиться искать своего бывшего господина или уйти куда-то в одиночку?
Не мог. И след не терялся бы так внезапно. Я бы нашла!..
Я бродила, уставшая, озябшая и голодная, пока ко мне не вышла наша с Коити лошадь. На её боках так и осталась вся поклажа. До этого я не чувствовала отчаяния и истощения на полную, не давала себе размякнуть, а теперь вся тяжесть принятых решений навалилась на меня. От безысходности тяжело давался каждый вдох. Я не знала, куда идти, механически совершая простые движения: привязала напуганную лошадь, оделась, развела костёр и села есть. Ни один кусок в горло не лез. Только отогревшись и отойдя от оглушающего шума недавних событий, я не на шутку испугалась за Коити, гадая, куда он мог снова пропасть без лошади и вещей. Скорее всего, на него напали разбойники или дикие звери. Лошадь убежала, а сам он не смог. Или потерялся. Хотя это всё ещё не объясняло, почему пропал след.
Лошадь беспокойно переступила копытами. Я заметила мелькнувшую меж деревьев тень. Вскоре разглядела и хитрую коричневую мордочку. Небольшой тануки принюхивался к нам.
— Привет, дружок, — сказала я и протянула кусочек вяленой рыбы.
Меня не пугали дикие звери, сидеть одной всегда грустно, а тануки выглядел дружелюбно.
— Ты ведь тануки… умный и хитрый. Может, подскажешь, где искать Коити?
