10.12.1915
Зона боевых действий
Дорогие родители,
спасибо за ваше письмо, которое я только что получил. Я очень рад, что у вас все хорошо. Спешу сообщить, что у меня тоже все в порядке, я здоров, и, с Божьей помощью, пока мне удалось избежать опасностей.
Сейчас мы находимся недалеко от Тревизо, на реке под названием Пьяве, и надеемся, что тут будет лучше, чем в Трентино, где нас постоянно заваливало снегом. У меня есть друг, он из Комо, его зовут Данило. Мы познакомились в поезде, когда ехали на фронт, и с тех пор не расстаемся. Данило говорит на правильном итальянском языке, потому что учился в университете.
Его я хотя бы хорошо понимаю, а то тут много солдат с юга Италии, так, когда офицерам надо обратиться к ним, приходится звать переводчика – солдата со специальной повязкой на плече. Многие из этих ребят в жизни не слышали итальянской речи, только свои местные диалекты. Чтобы научить их различать право и лево, им повязали красные ленты на одну руку, и так они хотя бы запомнили, что «право» – это та сторона, где повязка.
Генералы и капитаны устроились тут неплохо. Они привезли из дома слуг, которые готовят им еду, стирают одежду и начищают до блеска сапоги. Данило – лейтенант, но он учился на адвоката, поэтому скоро его наверняка повысят в звании. Другие ребята смеются над ним из-за того, что он поехал на войну с чемоданом, полным книжек, а еще из-за его идеального произношения.
Я был рад прочитать в вашем письме, что с моими братьями и сестрами все хорошо и что Нина приходила вас навестить. Как у вас дела? Как там Амелия, Неллюско, Снежинка? А Аделе? Она нашла себе жениха? Лучше пусть выходит замуж, если встретит хорошего человека, и не ждет, пока война закончится.
Ну что же, дорогие родители, желаю вам всего наилучшего, крепко целую и надеюсь и дальше сообщать вам только хорошие новости, если Мадонна не оставит меня своей милостью. Хорошего Рождества, даст Бог, следующее мы встретим вместе. Сейчас мне пора идти. С наилучшими пожеланиями,
ваш сын и брат ЭразмоДети внимательно слушали, пытаясь вообразить солдат, реку Пьяве, винтовки и генералов. Закончив чтение, Армида аккуратно сложила листок и пошла укладывать спать младших.
Вернувшись на кухню, она замочила фасоль, села у огня и еще раз, уже в одиночестве, перечитала письмо старшего сына. В этот момент казалось, будто они остались вдвоем, как в детстве, когда Эразмо болел корью и Армида укачивала его на руках, устроившись в тепле, у очага.
Она по-прежнему сидела на кухне, когда пришел Беппе и достал молоко из шкафа.
– Ты еще не наелся? – удивилась жена.
– Это не для меня.
– А зачем тебе тогда молоко?
– Так, нужно, – ответил он, ничего не объясняя.
Беппе налил немного молока в миску и поставил ее на крыльцо. Армида слышала легенду про добрую змею, что живет в фундаменте дома, но никогда не воспринимала ее всерьез. Впрочем, их сын был на войне, так что возражать она не стала. В конце концов, этот странный обычай точно никому не принесет вреда.
* * *
