Еще ее сильно беспокоили собственные странные сны, которые в последнее время она видела перед чьей-нибудь смертью. Пока речь шла о знакомых и соседях, еще ладно, но то же самое произошло накануне смерти матери, и теперь Снежинка каждую ночь нехотя ложилась в кровать, боясь увидеть во сне отца.
Поскольку вторым даром, который у нее появился, было умение читать чужие мысли, она решила попробовать применить его к Беппе. Как-то раз после обеда, когда отец взял шляпу и собрался на свою обычную прогулку, Снежинка подошла к нему.
– Погоди, я с тобой.
– Зачем?
– Да просто так, захотелось пройтись.
– Ты за мной следишь? – с подозрением спросил Беппе.
– Да нет же, просто мне тоже иногда хочется спокойно прогуляться.
– Ну как хочешь, – согласился он наконец.
Отец и дочь прошли вместе пару сотен метров, потом Беппе остановился, подхватил на руки свою курицу и стал гладить ее.
– Я не собираюсь вешаться, если тебя это беспокоит, – вдруг заявил он.
– Но папа…
– Думаешь, одна ты умеешь читать чужие мысли?
– Так значит… И ты тоже?! Но ты никогда об этом не говорил!
– О таком попусту не болтают.
Отец и дочь уставились друг на друга. Снежинка увидела в глазах Беппе глубокую тоску и капельку безумия, но никаких признаков того, что он собирается свести счеты с жизнью.
– Да, ты точно моя дочка, – сказал он через некоторое время, а потом добавил: – Знаю, нелегко жить с пониманием того, что рано или поздно случится несчастье, которое Виолка увидела в картах. У кого нет нашего дара, может не верить, но мы-то знаем, что это правда. Никому не под силу изменить волю судьбы, Снежинка, но мы можем научить своих детей держаться подальше от фантазий и опасностей.
– Не переживай, пап. Я так и сделаю.
Отец и дочь продолжили прогулку вдоль реки, и их мысли перемешивались между собой в легкой приятной тишине. Вернулись они только к ужину, и наконец-то в ту ночь Снежинка заснула спокойно.
В 1942 году – в том же, когда умерла Армида, – Лучана, подруга Снежинки со времен вечерней школы, вышла замуж. Ее избранником стал щеголеватый молодчик из Феррары с напомаженными волосами и вечно торчащей из кармана расческой. Лучана не была в него влюблена, но ей перевалило за тридцать, и пришлось поддаться уговорам матери, которая каждый божий день твердила:
– В твоем возрасте нельзя быть слишком разборчивой, где ты еще такого найдешь: богатый, красивый и с прекрасными манерами!
Звали жениха Аттилио Коппи, он получил отличное образование, а его отец занимал пост городского главы. Это был элегантный мужчина, привыкший к жизни на широкую ногу: туфли из самых дорогих магазинов, английские рубашки и кашемировые свитера, обеды в изысканных ресторанах.
Свадьбу устроили по высшему классу: украшенные лентами автомобили, обед в роскошном отеле, трехъярусный свадебный торт и белоснежные накрахмаленные салфетки. На невесте было длинное белое платье – редчайшее событие для военного времени. Гостям предложили отличное угощение, несколько бочек вина и танцы до рассвета. В тот день в Стеллате позабыли, что идет война.
Единственным, что удивило гостей, было отсутствие представителей самой богатой семьи города. Среди роскошно накрытых столов и официантов, разносивших аппетитные блюда, быстро разлетелись слухи о том, что Самуэле Модена отклонил приглашение, не удостоив жениха и невесту объяснениями.
– Да он просто наглый еврей, как и все ему подобные, – фыркнул Аттилио, обсуждая произошедшее с Лучаной. – Зря только он нарывается: его с распростертыми объятьями ждут в роскошных гостиницах в Германии.
– Но Модена всегда были нашими лучшими клиентами, – встала на защиту Самуэле Лучана.
– Это все ты виновата. Не надо было тебя слушать и приглашать их, но будь уверена, они еще поплатятся за свою дерзость.
– Да как будто на них и без того свалилось мало бед! Антиеврейские законы связали их по рукам и ногам. Им пришлось продать мебель и золото и уволить всех слуг, потому что теперь им запрещено нанимать арийцев. Старшего сына Модены выгнали из университета, только потому что он еврей. Разве они не такие же люди, как и мы?
– Так… Я что же, женился на вражеской шпионке?
– Я в политике совершенно не разбираюсь, но мне больно видеть, как детей отправляют в отдельные школы. Дети-то в чем виноваты?
– Вот ты правильно сказала: ты в политике совершенно не разбираешься, а потому лучше помалкивай.
Очень скоро Лучана и ее мать поняли, что властный характер – не единственный недостаток Аттилио. Новоиспеченный супруг отличался страстью к азартным играм: ставки на скачках, покер, собачьи бега – все это неумолимо влекло его. Когда Коппи познакомился с матерью Лучаны – огромной, как шкаф, хозяйкой самой процветающей продуктовой лавки города, – то понял, что лучшего и искать не надо. Он женился на ее дочери, не отказываясь от своей армии любовниц, и, не испытывая ни малейших угрызений совести, принялся пускать состояние тещи на ветер.
Впрочем, даже страсть к азартным играм и супружеская неверность еще не были самым страшным. Почти сразу Лучана стала приходить на работу покрытая синяками или с подбитым глазом.
