От мыслей её отвлекло сбившееся дыхание Хозяина, ставшее тяжелым и хриплым. Он сильно вспотел и сжал кулаки, но сон был крепким, и, по-видимому, не самым хорошим. Рана начала активно извергать из себя остатки гноя, Эванжелин подействовал. Алиса села рядом.
– Лис? – позвал он и начал искать рукой её в постели, пока не нащупал, – Ты здесь, мой ангел, – он взял её руку и положил себе под щёку, – Ты ведь не уйдёшь? – его сердце замерло в ожидании ответа, и разогналось в бешеном ритме, когда он услышал, как девушка тихо легла рядом, совсем близко, погладила мужчину по щеке и начала наблюдать за ним.
– Я ведь обещала, помнишь? Что могло напугать сильнейшего из людей в этот раз?
– Снова воспоминания.
– Я могу забрать их.
– Лучше подари мне новые… счастливые, – он грустно посмотрел на неё. Алиса почувствовала смущение, и была рада, что они лежат в темноте, так как не было видно её румянца, – Ты покраснела, – умилился он.
– Как ты узнал? – она вытащила руку из-под его щеки и легла на бок рядом.
– Ты близко, а я маг огня: твои щёки стали горячими… и это маленькое забавное воспоминание, – он улыбнулся.
Они смотрели друг другу в глаза, лёжа совсем рядом, но не дотрагиваясь. Винсент видел горечь в глазах любимой, которая не могла укрыться даже в самой кромешной темноте. Алиса закусила губу и затаила дыхание:
– Ты был прав. Это очень больно.
– Что?
– Измена, – её голос перешёл на шёпот, а лицо выдавало муки, но она отчаянно пыталась говорить с ним.
– Лис…
– Только не оправдывайся. Это всё равно случилось бы, – она судорожно схватила воздух ртом и закусила губу, – Тебе изменяли?
– Почему ты спрашиваешь?
– Потому что я не знаю, что делать, как реагировать.
– Люди которые меня предавали… – он тяжело вздохнул, – Я никогда не давал второй шанс, если мне причиняли боль. – его лицо исказила мука, – Алиса, я бы сказал, что мне жаль, ведь так и есть, но…
Она закрыла глаза, отрицательно замотала головой и повернулась к нему спиной сгорбившись. Их по-прежнему разделяло расстояние не больше тридцати сантиметров, но у Винсент возникло ощущение, что между ними выросла пропасть.
– Ты… плачешь? – спросил он.
– Нет, – тихо ответила она, – Не плачу. Не беспокойся обо мне, первый раз всегда больно. Наверно.
– Лис, ты вся сжалась в комок.
– Я в порядке.
Но это было не правдой, Винсент прекрасно это понимал. Он не мог видеть, как она страдает, поэтому пододвинулся ближе и обнял её, пряча от всех бед, он прижимал её к себе, гладил волосы, целовал в плечо, а она затаила дыхание.
– Дыши, искорка, дыши… Ты не заслужила всё это, прости, но так вышло. Боль пройдёт, девочка моя… – он целовал её волосы снова и снова, потом развернул к себе лицом и целовал её лицо, но она по-прежнему лежала, затаив дыхание и напоминала один сгусток напряжения.
Винсент вспомнил, как проснулся от запаха грозы, а Алиса металась по комнате, борясь с поглощающей магией, тогда она не знала, что он за ней наблюдает, но теперь боялась осуждения, поэтому не шевелилась и не показывала, как ей плохо. В подтверждение его мыслям, она открыла чёрные глаза, но это было не зловеще, а растеряно, её брови сошлись к переносице, а губы приоткрылись, чтобы что-то сказать, может даже объяснить, но она не могла вымолвить и слова. Вырвалось лишь сдавленное дыхание, как признак отчаяния.
Винсент прижался лбом к её лбу, неотрывно глядя в её глаза, и начал напевать мелодию шкатулки, которая завелась, среагировав на его телекинез. Они лежали под медленную успокаивающую мелодию, сначала пел один Винсент, потом Алиса начала тяжело дышать и сдавленно напевать мелодию, пока не начала успокаиваться. Магический приступ отступал, её мышцы постепенно расслаблялись, но дыхание всё ещё было прерывистым.
– Я не хочу возвращаться, – тихо сказала она, – Мне некуда, Винсент.
– Алиса, ты ведь меня не бросишь, ты обещала. Вернись ко мне.
– Я обещала быть рядом, но ты каждый раз гонишь меня. Ты делаешь всё, чтобы меня не было рядом, я не могу идти против тебя, не хочу!
Он накрыл её дрожащие губы своими в трепетном осторожном поцелуе, но Алиса отталкивала его. Винсент был напористым и настаивал, он взгромоздился на неё своим торсом, пока она не уступила и осторожно дотронулась до его пышущей жаром груди. Поцелуй перерастал в нечто большее, отчего Алиса начала задыхаться, страсть нарастала, но она знала, что это через миг закончится. Тогда она всё оттолкнула мужа и отвернула голову, чтобы он не мог больше завладеть её губами:
– Не надо. Не надо снова меня дразнить, это больше не шутки, Винсент. Раньше было иначе, ведь мы оба не были Архимагами, но всё закончилось. Можно было поиграть и оставить ни с чем, но…
– Я не хочу оставлять тебя ни с чем.
– Да брось ты.
– Я хочу тебя.
– Перестань! – она встала с постели и взяла в руки простынь с подушкой, – Винсент, зачем ты так со мной? Может хватит мстить? Да, я долго играла с твоим мужским самолюбием, но не потому что хотела тебя задеть, просто для меня важно уважать себя. Но ты… ты втаптываешь меня в землю своей местью, ведь я не могу пойти и трахнуться с кем-то, а ты… ты мной наигрался.
